Онлайн-библиотека книг
— Переживает, что моя свадьба будет куда шикарнее, чем ее.
После того, как у Жени появилась новая любовь всей жизни, то с Машей он стал общаться вполне адекватно. Конечно, в его собственном понимании. Но и это уже большой прогресс.
Маша и не думала, что помощь придет оттуда, откуда совсем не ждешь.
— Да! — воскликнул Фанеров. — Точно! Очень переживаю! Как-то не хочется, чтобы Кутузовы ударили в грязь лицом.
— Так вроде ты же теперь будешь Кузнецова? И это он ударится лицом? — удивился Дима.
— Точно! — Фанеров щелкнул пальцами и, сложив руки на живот, рассмеялся, как карикатурный злодей.
Все за столом переглянулись и кое-как смогли подавить улыбки. Кто-то начал усердно пить, кто-то есть.
— Воу! Ты давай аккуратнее! Смотри, чтобы твоя свадьба не попала в другие… аналы, — улыбнулся Антон.
Виолетта не разделяла общего веселья. Она пристально посмотрела на Машу.
— Да сядь ты уже! — дернул Фанерова за рукав Дима, и он послушно сел.
Опустилась тишина, и, пока Евгений ел свою запеканку, остальные решили немного обсудить новости.
— Кстати, а правда, что теперь Миша станет князем? — спросила Аня. Она не особо разбиралась во всех этих аристократических тонкостях.
— Ну… — заикнулся Дима, как самый знающий.
— Ага, двойным князем! — прыснул Фанеров.
Стало так тихо, что они услышали, как рядом пролетела муха.
— Он же убил двух князей! Эй, смешно же!
Все его проигнорировали, и Дима продолжил:
— По правилам, да. Владея такой территорией, он просто обязан стать князем.
— Но есть же князи, у которых нет таких земель? Тот же Чехов? — спросила Аня.
— Хех, фантик новый, а начинка стара… — пробубнил Фанеров и опять захихикал.
— Фанеров! — Вика не выдержала и пихнула его.
Но пулемет шуток от Фанерова только набрал обороты:
— Сначала Сахалин, а потом на сдачу он захватит Японию! Царь подумает-подумает и назначит его своим преемником. Типа после смерти ты получишь трон… — и Фанеров едва не задохнулся от смеха.
И Женю едва не порвало напополам от хохота, но остальные смолчали. Они знали, что у него вообще свой уникальный вкус в юморе. Настолько точечный и неповторимый, что его мог оценить лишь один человек на планете.
Евгений Фанеров.
— Чего не смеетесь то? Не смешно? Не поняли, да? Это Российская Империя! — и помахал пальцем.
Зазвонивший телефон спас Машу от его кринжовых шуток.
— Извините, — сказала она и вышла из-за стола.
