Вломившись колонной из десятка машин в ворота, они лишь прибавили скорости и рванули на нас. Впереди летел белый «Додж Рэм» с шевелящимся зомби, распятым на решетке «кенгурятника». Люди с винтовками торчали из всех окон, стреляли из кузова, пристроив оружие на дугу с прожекторами, засыпая пулями все, что попадалось им на глаза. Следом за «доджем» несся уже знакомый синий «Сильверадо», тоже плюющийся свинцом во все стороны.
Отчаянные ребята оказались, или командир у них толковый. «Складские» растерялись сразу, и их дробовики ударили уже в тот момент, когда грузовики «трейлерщиков» оказались возле склада и резервуаров, а противник рассыпался и атаковал.
И в этот момент я осознал, что нас могут запросто отсечь от путей бегства. Сейчас они будут здесь, и мы, вольно или невольно, влезем в драку.
Джефф сообразил быстрее. Он схватил Майка за плечо, дернув его за собой, махнул мне рукой и побежал к машинам. Я рванулся было следом, но автоматная очередь прошла прямо перед носом, угодив в бетон платформы и заставив меня со злобной матерщиной запрыгнуть за контейнер.
Огляделся, но другого маршрута отхода не увидел. За спиной у склада стрельба шла во всю ширь, грохот выстрелов глушил все на свете. Я рывком было выглянул за угол – и вынужден был спрятаться немедленно: по мне ударили из двух стволов с расстояния чуть ли не в пару метров. Двое, наведя оружие на угол, крались в моем направлении.
Гадство, гранату бы! А где взять? А нету! Сейчас еще сзади обойдут – и хана.
Спасли Джефф с Майком. Высунувшись разом из-за бетонного основания цистерны с дизельным топливом, они открыли пальбу по тем двоим, что были за поворотом. Мне даже показалось, что я услышал, как пули попали в тела. Что-то упало, кто-то захрипел тяжко, задыхаясь. Я опять выглянул и увидел два тела в пыли. Один из них еще сучил ногами, расковыривая пыльную землю каблуками солдатских ботинок.
– Бегом сюда! – заорал Майк.
Но взгляд мой уже зафиксировался на лежащем в пыли автомате.
Одним скачком я очутился возле него, дернул за ремень, набрасывая оружие себе на шею, а затем, большим пальцем выкидывая нож, схватил за грудь надетую прямо на голое тело подвесную на убитом. Двумя резкими движениями, подсовывая зазубренное, острое как бритва лезвие под нейлоновые ремни жилета, взрезал ее и рывком сдернул, после чего изо всех сил побежал к злобно смотрящим на меня товарищам.
Но ничего не случилось.
