Я! Еду! Домой! От чужих берегов

Даже на том ограниченном участке реки, с которого мы «полюбовались» мертвым Нью-Йорком и окрестностями, подобного удалось разглядеть немало. Там вполне могла сохраниться вода в бутылках. Без нее – никак. Фильтровать и кипятить речную воду в таких объемах нереально, походные фильтры – это так, на раз попить, танк ими не заполнишь, а воду из опреснителя, кроме как для мытья, и использовать нельзя. Да и не станешь – больно уж вкус противный, чай и то выплюнешь.

Управлять «зодиаком» было проще некуда: это не перегруженный двенадцатиметровый «Туг».

Надувная лодка с пластиковым днищем и стоячим местом рулевого неслась по серой поверхности воды легко, слегка подпрыгивая на мелкой волне, управлялась играючи, как мотоцикл. Кот, к моему удивлению, нервничать не стал, когда я прихватил его с собой, а спокойно сидел на носу, оглядываясь по сторонам, и выглядел воплощением спокойствия и уверенности в себе.

Крутанувшись немного вверх по течению, я положил глаз на супермаркет на самом берегу – напитками и там торгуют,– а затем немного присмотрелся к марине Грэнд-Коу – в клаб-хаусе должен быть бар или ресторан.

Правда, соваться в такие места было уже страшновато: электричества в городе не было давно, так что все скоропортящееся должно было превратиться в помои, смердящие на всю округу.

Затем я вновь развернулся, прижавшись к манхэттенскому берегу, и пошел вдоль него, всматриваясь в сам берег и то, что держалось на воде близ него, попутно сверяясь с картой. Сначала бесконечно тянулся Риверсайд-парк, населенный все больше теннисными кортами и прочими спортивными площадками, затем пошло что-то вроде промзоны, сам факт наличия которой на Манхэттэне меня удивил.

Вдоль берега замелькали старые военные корабли, даже авианосец, на палубе которого стояли разнокалиберные самолеты – похоже, что музей. Затем я увидел вертолетную площадку, на которой до сих пор стояли две вертушки. Странно: почему не улетели? Некому было вести или неисправны? Казалось бы, лучший путь спасения из превращающегося в ад города.

А вот затем мелькнула надпись «Пирс 63», и рядом с этим самым пирсом я увидел несколько огромных суперъяхт, белоснежных, с черными, будто лакированными окнами, а за ними, на пирсе, вывеску: «Дух Нью-Йорка: обеды и ужины в круизе!»

– Опа! – сказал я, заваливая «зодиак» в левый поворот.– Сейчас проверим.

Могли и разграбить, но я в это не верю. По всему видно, что эпидемия захлестнула этот город как цунами – я помню репортажи по телевидению.