Я! Еду! Домой! Те, кто выжил

Скольких людей из тех, что знал, я уже не увижу? Начнешь спрашивать… а у кого спрашивать-то? Родители жены остались в Сочи, связь с ними тоже давно прервалась, — что они, как? Знает она что-то о них или нет? Хотя откуда? За меня вот сама жизнь этот вопрос решила семь лет назад, в виде пьяного тракториста, выехавшего без фар ночью на шоссе. А у нее? А у других?..

Если начнешь задумываться о том, сколько людей для тебя важны в этой жизни, удивишься, даже если ты самый забубенный нелюдим.

Просто об этом не задумываешься: незачем задумываться — все же живы, здоровы. Нужен кто — позвони. А случившаяся Беда — она ведь по самому живому рубила, топором, пластала жизнь как мясник тушу.

Почему мало задумываешься об этом? А наверное, есть механизм защитный в мозгу. Когда все настолько плохо вокруг, как сейчас, что-то должно удерживать все эти мысли в самой глубине сознания, в самой глухой и темной кладовке.

Потому что если это оттуда вырвется… Это как пожар в торфянике: может годами гореть, и никто не заметит, а может вдруг вспыхнуть — и все, бедствие, катастрофа.

Посмотрел, сколько еще ехать. Маршрут навигатору я сам задал, так что остаток пути он показывал точно. Еще больше шестидесяти километров — вроде и недалеко, но это по нормальным временам. Дорога впритирку обходит два немалых города, включая Лейден, тот самый, где лейденскую банку придумали.

Понимаю, что раз люди ездят, то должно быть все в порядке, но албанцы тоже в этот порядок умудрились вписаться — и ничего, никакой бульдозер их, как автомобильную пробку, с дороги не спихнул.

К радости моей, у самого Лейдена я догнал небольшую автоколонну, сопровождаемую какой-то шестиколесной военной машиной. Пристроился не то чтобы в хвост, а так, в пределах прямой видимости, решив, что колонна возможные неприятности на себя скорее соберет.

А если кто-то решит на плетущегося сзади одиночку поохотиться, то, может, даже и помогут. Не уверен, но вдруг сидящий в засаде гипотетический враг тоже этого заопасается?"

"Врагов не было, из города, большого, тесного и мертвого, к нам тоже никто не пришел, не напал. Ну и хорошо, общения с мертвецами мне вчера тоже хватило.