Я его достану!

Этого оказалось достаточно для того, чтобы через пару секунд хлопнула водительская дверь и мы остались одни. И тут же воздух в салоне будто загустел от напряжения.

— Вас приятно целовать, Василиса, — чуть помолчав, произнес Кощей, а у меня сердце от его слов забилось как заполошное. — Очень приятно. Но бегать от меня, словно испуганный заяц, точно не стоит.

— Почему вы меня поцеловали? — вырвалось у меня, и я чуть не прикусила себе язык. — Вы же журналистов терпеть не можете.

— Не всех! — серьезным тоном ответил Кощей.

 — Поцеловал, потому что захотел.

У меня в голове сразу вспыхнули если не сотни, то десяток вопросов, но я не успела и одного задать. Потому что снова хлопнула дверь и мы опять оказались не одни.

— Держите! — Молодой парень, чье лицо было плохо видно, протянул увесистый пакет из аптеки.

— Андрей, поехали. Какой адрес, Василиса?

До дома оказалось непозволительно близко. Всего через пару минут я буду на месте, и этот совершенно нереальный вечер закончится. Такой странный и в то же время очень личный вечер.

Поймала себя на мысли, что, еще не расставшись, уже начала скучать по Кощею, по его спокойной, всегда чуть насмешливой интонации. А еще я наверняка знаю, кто мне сегодня приснится ночью. И угрызения совести тут точно ни при чем.

— На месте! — громко сказал водитель и остановил машину. А я узнала родную девятиэтажку.

— Спасибо за столько интересных открытий, Василиса! — тихо проговорил Кощей. — Я ваш должник. До скорой встречи!

— Встречи? — не выдержала я. Напряжение так и рвалось наружу.

 — Меня больше не пустят ни на какие конференции с вашим участием. Ну разве что опять случайно в лифте застрянем.

— Это уже будет закономерность. Мы с вами увидимся значительно раньше, чем вы думаете. Спокойной ночи, Василиса!



Глава 20

— А ты знаешь, что у Влада появилась девушка?! — сквозь сильный кашель сообщила мама.

Она, похоже, серьезно простудилась, но это все равно не помешало ей проснуться рано утром и приготовить на завтрак мои любимые сырники.

— Нет, не знаю, — ответила я.

 — Но я рада за него.

Мама недоверчиво сморщила покрасневший нос. И сдаваться явно не собиралась.

— Валентина рассказала, но она мало что знает. Сын не торопится ее знакомить со своей подругой. А тебе, значит, тоже ничего не говорил?

— Нет, мам! Личная жизнь Пономаренко меня совсем не касается. Я его видела вчера вечером, но он был один.

— Вот как? Что ж, посмотрим, но лучше тебя он все равно никого не найдет, — прогнусавила мама, а потом громко чихнула.