Я еще барон. Книга 3

Оп, а вот и он!

— Слушаю… — слегка недовольным голосом ответил я.

— Как ты смеешь бросать трубку, щенок! — зарычал он. — Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь?

— О, буду рад узнать!

— Я начальник родовой армии Нарышкина. И за такую дерзость…

— Спасибо за информацию, пока, — ответил я и положил трубку.

Лора заливисто рассмеялась.

— Что, тяжелые переговоры? — спросил Данила.

— Да знаешь, звонят всякие оболтусы… — махнул я рукой.

Опять этот идиот! Да что же это такое.

— Слушаю, — по-прежнему спокойно ответил я.

— Как ты смеешь⁈ — закричал мужчина.

— Хочу поговорить с графом! — сказал я и положил трубку.

Это повторилось еще несколько раз. Спустя четыре попытки, начальник родовой армии Нарышкиных, видимо, сдался и капитулировал.

— Приехали-с, ваше благородие, — сообщил Данила, аккуратно подъезжая к огромному мраморному зданию.

Судя по архитектуре, стоило оно даже не одну сотню миллионов. Лора не смогла полностью просканировать здание, а Болванчик с высоты птичьего полета показал, что это огромное сооружение занимает целый квартал.

— Ого, красиво! — присвистнул я, выходя из тачки.

— Вас подождать, ваше благородие? — выглянул Данила.

— Хм… лучше не жди, могу задержаться.

Он пожал плечами и уехал в сторону центра.

— Ну что, посмотрим, сколько барон оставил в заначке денег, — проговорил я и направился ко входу.

Меня встретила очень хорошая система безопасности.

— Простите, но с питомцами внутрь нельзя. Придется оставить в специальной комнате, — вежливо сказал охранник. Лора просканировала всех секьюрити и присвистнула. Эти ребята ранга специалист и выше. Хорошая защита, ничего не скажешь.

— А родовой меч? — поинтересовался я, похлопав по бедру.

— Это боевое оружие или декоративное? — уточнил мужчина.

— Боевое."

"— Тогда мы просим вас оставить его в гардеробе, спасибо, — показал он нужное направление.

Ничего не поделаешь. Правила. Я сначала сдал меч в гардероб, и мне выдали номерок. Потом забежал в комнату для питомцев, где мужчина средних лет в толстых очках схватил Болванчика, покрутил его, а потом недоверчиво уставился на меня.