Я еще царь. Книга XXX

— За Империю! За силушку русскую! Наша страна! Непобедима!

— Ярик, ты сядь, успокойся, — пробубнил один из стариков."

"— Молчать! Как ты смеешь затыкать меня, старик, пока я хвалю нашу любимую страну⁈ Или ты не патриот?

— Да патриот я, — отмахнулся дед. — Просто мешаешь смотреть…

— А ты, я погляжу, все не уймешься! — он подошел к нему, и Антон увидел, что на нем почему-то обтягивающие штаны, вроде рейтуз или кальсон.

— Ярик, так я ж ничего плохого не хотел, чего ты…

Но парень прописал ему пощечину.

— Посмотрим, что мой отец скажет, когда узнает, что ты не восхваляешь нару матушку землю русскую!

Антон опешил от наглости парня.

А ведь он примерно его возраста. Но они так сильно отличается, словно небо и земля.

— Э, челкастый, отвали от старика! — крикнул Антон. — Или ты только слабых можешь бить?

Толстой вздохнул, но ничего не сказал. Онегин тоже — он только изучал окружающих. Федор же ухмыльнулся и присосался к пакету со «снежком».

— Это кто у нас тут такой говорливый? — ухмыльнулся Ярик и подошел в упор.

— Вы тут никто, и вас сюда никто не звал. Вы чужаки, а у чужаков нет права говорить!

Вблизи он выглядел еще неприятнее. Судя по тому, что ему тут все спускали с рук, этот Ярик возомнил себя пупом земли. Сально-желтую рубашку обтягивал небольшой животик, делая из него смешного карикатурного персонажа.

— Просто отвали от старика, — произнес Антон. — Ты же не прав, признай!

Но тот только рассмеялся и наклонился ближе.

— Я? Не прав? Мой отец! — он развел руки в стороны и повернулся к толпе.

— Мой отец — глава деревни, и даже он мне ни разу не говорил, что я не прав! А значит, я всегда прав! Понял, ты! Чужак!

— Ой, какой ты шумный… — поковырял в ухе Антон.

Остальные его товарищи с легким интересом наблюдали за продолжением конфликта. И все уже понимали, чем все закончится.

Но и Толстой, и Онегин также знали, что если бы Антон не окликнул этого говоруна, то это сделали бы они.

— Не смей затыкать мне рот! Чужак! — и размахнувшись, он влепил пощечину Антону. По крайней мере, попробовал.

Тот же без труда перехватил слабенькую руку и аккуратно крутанул, чтобы Ярик пискнул и упал на колени.

— Ты поднял на меня руку! — выпучил глаза парень, как будто это произошло с ним впервые. — Ты! На меня! ДА ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, НА КОГО ТЫ ПОДНЯЛ РУКУ! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КТО МОЙ ОТЕЦ!

Антон улыбнулся и в его же манере заорал ему в лицо:

— А ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КТО МОЙ ОТЕЦ?

Толпа слегка захихикала.

Антон встал и с ухмылкой посмотрел на Ярика.