Дружная компашка поднялась к нам, и все узнали, что у нас появился персональный бармен — Асая Рей, который умел вполне неплохо делать коктейли. В ход пошло все!
Даже Болванчик не остался в стороне — из него получился отличный миксер для взбалтывания.
Посейдон окончательно опьянел, что казалось невозможным. Когда Рей дал ему «пригубить» еще стакан пойла собственного приготовления, водяной вспенился и с жутким шипением начал разъедать стол. Вылившись на пол, он занялся ковром.
Нам экстренно пришлось набросать на него тряпок и выбросить их в ванную, наказав ему никуда не утекать.
Дальнейшую судьбу Посейдона сложно не предсказать. Когда он проел дыру аж до первого этажа, мы отругали водяного и больше не наливали ему до конца вечера. Обидевшись, он окунулся во внутреннее хранилище, где на полную катушку веселилась Лора с угольками.
— Простите, с вами все в порядке? — поинтересовалась официантка, подойдя к моему столику в кафе, когда я ударил себя по лбу уже, наверное, десятый раз подряд.
— Да, все хорошо…
— Просто вы какой-то бледный, — встревоженно сказала она.
— Ничего страшного. Вчера немного перепил.
Она извинилась и ушла, а я продолжил просмотр. С каждой минутой мне все больше хотелось инсценировать свою смерть и отправиться куда-нибудь на другой континент.
Вечеринка все не умолкала, а Дима зажегся идеей поиграть в «Правда или Действие». Все согласились, кроме бедного Арнольда.
Виолетта хихикала как злодейка, уверяя, что с ним все в порядке.
Просто надорвался, переворачивая автомобиль, но что-то мне подсказывало — без Преславской там точно не обошлось.
Видимо, после того, как она отшлепала Фанерова, у нее открылись доминантные наклонности. Да-да, у этой скромной и немного забитой девушки. В тихом омуте, как говорится…
Я даже спросил ее, как так получилось, что они со Светой поменялись ролями? Виолетта только пожала плечами, мол, у Евгения все равно глаза были завязаны.
Когда же мы начали играть, никто даже не подумал выбрать правду.
Только действие, и ничего кроме действия!
Каким-то чудом мы умудрились затащить рояль из квартиры Фанерова на крышу, и сам «маэстро» принялся играть довольно милую, романтическую мелодию по просьбе Виолетты. Да, по «просьбе» с плеткой в руках.
Где-то между мелодиями я посоветовал охранникам спрятаться в сейфе и вручил им детальку Болванчика.
Тут подъехала машина, которую вызывала Маша. Мы с ней спустились и подошли к окну автомобиля.
