Онлайн-библиотека книг
Солдат это ничуть не смутило — они завели стрекотню из турелей и начали надрывно вопить, моля о пощаде. Изо всех сил стараясь не рассмеяться в голос, конечно же. Не часто им дают так повеселиться. Только раз месяц, когда привозят новую партию зелени. Если в этот день не твоя смена, что ж, пролетаешь, приятель.
Эх, когда-то и Ольге нравилось это безобразие. Ее правда всегда заставляли подползать поближе к шатру и притворяться раненой жертвой.
— Радионов! А ну-ка, подойди! — высунувшись из шатра, Ольга поманила ближайшего бойца, который безбожно разряжал магазин в воздух.
— Слушаю, командир! — довольно козырнул солдат.
— Не мучь автомат, а ползи у них под стеночкой. Да похрипи, постони, как будто тебя всего расп***асило.
— Есть, проползти! — воскликнул он и бросился выполнять приказ.
Хрипел и стонал Родионов от души. Потом принялся отчаянно кричать, как будто его и вправду ранили во время прорыва, как уже не раз бывало. Такой талант пропадает на этой неблагодарной службе.
Ага, вот и первый клиент! Какой-то белобрысый парень выбрался из шатра и, ошалело озираясь по сторонам, сунулся в лес, но нужные люди быстро его успокоили. Безвольное тело оттащили в шатер к Ольге и продолжили наблюдение.
Вот появились еще двое смельчаков. Ушли они недалеко — парни свое дело знали.
Ольга включала то одну запись пальбы, то другую, крутила акустику, периодически посматривая на три тела, лежащих у ее ног."
"— Н-да, не густо… — вздохнула куратор.
Она еще несколько часов истязала пульт, извергая на свет божий самые мерзкие звуки, которые были в ее обширной коллекции, но больше из шатра никто и не вышел. Обидно. Однако все проблемные студенты остались на своих местах. И это обнадеживало.
Когда забрезжил рассвет, тела погрузили в бронированный внедорожник и увезли мариноваться на губу. Пусть там попробуют ослушаться приказа, голубки.
Всех, кто оказался слишком смелым или глупым, чтобы самовольничать, ждет порция адреналина и сотня кругов вокруг стадиона.
Ольга обязательно навестит провинившихся и проверит, как они усвоили простую истину — приказы не обсуждаются.
* * *
Моих ушей коснулся какой-то шум из гостиной, и я проснулся.
