Онлайн-библиотека книг
— Слушайте все! Бросьте свое печенье! — вскочил на ноги профессор и обратился ко всем присутствующим. — Было обычное, ничем не примечательное занятие. Наколдовать четыре базовых заклинания. Пока все пыхтели и стонали от натуги, этот Михаил Кузнецов справился за десять минут и даже не вспотел.
— Это конечно удивительно, но извините меня, — раздался голос профессора Белозерова. — Но не уникально!
— Он сотворил сразу четыре элемента — одновременно! — показал профессор четыре пальца Белозерову. — Чистейшие элементы высшего класса! Они даже не пахли!
— Вот так? Ну-ка…
Профессор Белозеров без труда сплел все четыре элемента, и они закружились на кончиках его пальцев.
— Молодец, — кивнул Валерьян Валерьянович. — Однако мы говорим про восемнадцатилетнего оболтуса, который только сегодня впервые вошел в аудиторию!"
"— Ну, что ж, — притворно задумалась Наталья Геннадьевна. Профессор знал, что именно на такую реакцию она и рассчитывала! — Я рада, что молодой человек произвел на вас впечатление.
— Почему вы мне сразу не сказали⁈ — затараторил профессор. — Надо помочь парню изучить его талант лучшим образом!
Ермакова ненадолго задумалась, а затем щелкнула пальцами.
— Валерьян Валерьянович… — Она встала и зашагала к выходу.
— Разумеется! Прошу!
— Замечательно. — Ермакова подождала, пока галантный профессор откроет ей дверь, и они вышли в коридор.
— Мне доводилось слышать, что вы выдаете разрешения на закрытия тренировочных метеоритов, если посчитаете это необходимым? — с хитрым прищуром поинтересовалась она. Профессора бросило в холодный пот, когда ее рот снова сложился в ту же самую улыбку.
— Совершенно верно, но я не понимаю… — начал Валерьян Валерьянович, но Ермакова кокетливо приложила палец к своим губам:
— У меня в кабинете, дорогой Валерьян Валерьянович.
* * *
— Миша! — первое, что я услышал, был голос Лоры. — Ты очнулся? Ты переборщил. Совсем чуть-чуть…
— Ох, дай анализ…
Передо мной сидел профессор Белозеров. Его ладонь лежала на моей груди, от нее исходило легкое тепло.
— Парень, у тебя энергетическое истощение, — пояснил он.
За его спиной застыли другие ребята.
