— Для близких? — ее рука дрогнула, и я поспешил вырубить пикапера, которой автоматически включился, увидев попку служанки, чье имя я так и не узнал.
— Хватит смущать бедную девушку, — с другой стороны меня под руку взяла Люба. — Поспешим, все только тебя и ждут.
— А куда мы спешим? — удивился я, поняв, что мы вышли из общаги. Моя личная официантка накинула балахон, потому как на улице стало прохладно.
— Для подобных мероприятий мы всегда арендуем кафе, в котором собираются все воины и лекари Севера. Нас не так много, человек девяносто, не больше.
— Девяносто красоток, жаждущих хлеба и зрелищ, собранные в одном месте?!! Я, конечно, сильный парень, но не уверен, что моей любви хватит на всех.
— Я в тебя верю, братец, — ухмыльнулась она, и я почувствовал подвох. Вот чую, что меня хотят поиметь в самой извращенной позе, но понять, кто и где, не могу. Что ж, придется превозмогать и учиться ускоренной регенерации, иначе не вывезу.
В общем, мы шли, ведя светскую беседу, а моя бывшая пленница шествовала чуть впереди, пытаясь вилять задом, прикрытым просторным балахоном.
Получалось у нее это не очень, но видно было, что она очень старается.
— Кстати, Люба, а я вотне понял насчет целителей. Они ж маги и учатся с нами. А как понять, кто есть ху?
— Не парься. До третьего курса все проходят одни и те же предметы и лишь на третьем начинается специализация. Это маленький факультет и у нас на него всегда недобор. Те, кто реально хочет посвятить себя лекарскому делу, поступают в Императорский Целительский институт, где и готовят лучших специалистов в мире.
А у нас скорей военно-полевая медицина.
— Именно так, — подтвердила Алая. — Я тоже хочу пойти на целительский.
— Целую вашу ручку, милая леди, — тут же чмокнул я ее в щеку. Дамочка мило покраснела, но ухаживание восприняла положительно. — Всегда относился с огромным уважением к тем, кто может вытащить тебя с того света.
— Именно, — горячо поддержала она. — Дарить жизнь лучше, чем ее забирать.
— Философия слабака, — фыркнула моя официантка, даже не скрывая, что нагло подслушивала наш разговор. — Политики могут сколько угодно кричать о мире, лекари кичиться своей гуманностью, но когда миру наступает конец, его спасают именно военные. Мы — сила и элита наших стран.
— Ты проживешь без королей?
Сказал солдат — изволь.
А ты без армии своей?
Ну нет, — сказал король.
Процитировал я по памяти классика.
— Так и есть, — опять влезла девица в балахоне.
