И ты скоро поймешь, почему ее так называют.
— Как-то ты все страшно описал. А что потом? Что ждет нас, тебя за воротами школы? Что будет, когда все это закончится?
— О, нас ждут великие дела, кровавые битвы, вкусная еда и неделя разврата! Последнее тебя не касается — это по желанию.
— Очень размыто все…
— А чего ты хотела? — холодно посмотрел я на нее. — Что будет дальше, не знают даже боги. Несмотря на принесенную клятву, ты по-прежнему мне чужая, и сколько это продлится, решать тебе.
Докажи свою полезность и не заставляй меня пожалеть о том моменте, когда я из-за тебя пошел на конфликт со Старшими.
Ты сама видела, к чему это привело. Захочешь избавиться от клятвы — милости прошу к столбу, а после на три дня в ледяную глыбу. Выдержишь — и свободна как ветер.
— Ты благодаря этому шагнул на новый ранг…
— Ну, вот и ты шагнешь. Убьешь, как у нас говорят, одним выстрелом двух зайцев. И сильней станешь, и свободу обретешь. А до этого момента ты моя со всеми потрохами — скажу прыгать, будешь прыгать.
Скажу ноги раздвинуть — раздвинешь. Не заставляй меня пожалеть о своем решении, и я никогда не воспользуюсь своим правом господина. Я жесток, но не подлец — запомни это, и слово честь для меня не пустой звук.
— А наш отряд? Вы специально сделали так, чтобы на нас напали звери? Вы можете ими управлять?
— Нет тут нашей заслуги и вина во всем этом лежит целиком на вас. Идти в место, о котором ничего не знаешь — глупость. Мы лишь воспользовались ситуацией.
— Когда люди убивают людей — это нормально.
Когда звери убивают людей — это тоже нормально. Но когда люди убивают людей с помощью зверей-монстров — это уже за гранью.
— В насильственной смерти нет ничего нормального. Хотел бы сказать — не мы такие, жизнь такая, но не буду, потому что это будет неправдой. Все, что ведет к победе — это нормально. Вы пришли на нашу землю незваными, так чего ныть, когда вас начали убивать? Ты видела, как бьются собаки? Честная схватка, когда победивший не добивает побежденного. И другой момент, когда собака бьется, ну, например, с волком — тут нет благородного боя или чести.
Идет грызня, бой за право жить. В ход идут самые грязные приемы и подлости, потому что это не поединок за самку или место обитания. Все, кто против нас — враги, и кем стать — жертвой или победителем, каждый решает сам. Нас тренируют так, чтобы никакого выбора перед нами не стояло. И выходя на бой, мы знаем, что победим. Просто потому что не знаем, как проигрывать. Не умеем.
