Наше с Первой появление вызвало ажиотаж, который выразился в том, что жевать они стали медленней и иногда отрываться взглядами от тарелки, чтобы на меня полюбоваться.
Обед, который мы получили от местной владелицы желудков, представлял из себя горячий суп с клецками, кашу с мясом и компот из сухофруктов.
— Ешь быстро, — шепнула Первая, усаживаясь рядом со мной среди остальных девушек. — Пятнадцать минут осталось. Не успеешь, будет штраф."
"Ну, и дальше понеслась, потому как меня уговаривать не надо было.
Даже успел быстрей, чем она, чем немало удивил дамочку. Ну да, я ж мужик, у нас обмен веществ быстрей, как и скорость жевания пищи.
— Внимание, курс! — вошла к нам Старшая. Ух ты, а со снятой маской она очень даже ничего. Прям вся в моем вкусе — темненькая, аппетитная. Фигуры из-за формы не видно, но руку даю на отсечение, там все более чем достойно.
— У нас новенький, двадцать первый. Он мужчина, маг. Теперь он один из вас. Все помним правило? Равнение на последнего.
То есть, его ошибки — ваши ошибки, его победы — ваши победы. Он пока слаб, но меня заверили, что его подготовка позволяет ему учиться с вами на равных. Чья дружина за него поручится?
И тишина. Ну да, я их очень даже понимаю. Приперся непонятно кто и на тебе — отвечай и получай за все его косяки.
— Можно? — встала одна из девушек. Ага, это Вторая, судя по номеру на сиськах.
— Говори, — разрешила Старшая.
— Пусть сначала докажет, что может быть с нами на равных.
Брать чужого, а тем более мужчину, — последнее слово она словно выплюнула, — никто не станет.
— Все с этим согласны? — обвела Старшая взглядом столовую. — Что ж, это ваше право. Тогда идем на полигон, где два один покажет, на что способен.
М-да, полигон — мой дом родной. Где бы я ни появился, постоянно приходится что-то доказывать. Метров пятьсот в диаметре, покрытый песком, он встретил меня сыростью, приветливо вспыхнув защитным экраном.
— Ограничения? — спросил, хрустнув шеей.
— Никаких, — ответила Старшая.
— Я их убью, — просто сказал, глядя на вставших против меня девушек. У одной на груди были две единицы, у другой — один девять.
— Твое право, — равнодушно пожала она плечами. — Они пока никто и их жизни не имеют значения.Начинайте.
Окутавшись сиянием, девушки посмотрели друг на друга, кивнули и буквально растворились в воздухе. Только чуйка спасла меня от внезапного удара с обеих сторон.
