Вот так неожиданно я не только поговорил с волхвом, но и обзавелся еще одной девушкой и приобрел кучу друзей.
Пьянка затянулась до поздней ночи. Мой организм, способный переварить даже, наверное, кислоту, с наливкой Лешего не справился, поэтому я знатно окосел уже ближе к концу пиршества.
Лучик — так я стал звать Лучезару, — ругая нас с дедом, выпихнула обоих в портал — потому как без него я пройти этой дорогой не мог. Мол, мне пора домой, а ей еще в доме порядок наводить.
Сурья кипит в котелке над огнем,
Солнечной сурье мы славу поем.
Сила текущая, радость дающая,
Ты породила Сварога могучего
Этот Сварог в небесах простирается,
Как белый свет к нам на землю спускается,
Он, нерожденный — причина всему,
Славу поем мы ему одному.
Кто сурьи отпил, тот Сварога узрел,
Сварог обнимает небесный предел,
Он вышел из Рода и Род породил
Выпустив в свет шесть струящихся сил.
Обнявшись, мы орали песню, которую я успел выучить, потому как за время застолья мы пели ее не раз.
Младшие волхвы при виде нас разбегались в разные стороны, боясь попадаться на глаза двум сильным мира сего.
Дойдя до выхода, мы с дедом обнялись — уже как родственники. После чего я пошел в сторону ожидавшей меня охраны, а Кудеяр, осенив меня сварожьим защитным кругом, отправился продолжать попойку.
Начальница гвардеек с заметно дергающимся глазом смотрела на меня так, будто хотела прибить. И главное, за что? Хотя, да, наверное, я заслужил. Нет, не за то, что заставил их ждать — работа у них такая.
А за то, что они за время моего отсутствия уже насколько раз успели написать завещание. Почему? Да потому что мой браслет, с помощью которого они за мной следили, сначала показал, что я вроде тут, а после, мигнув, оказался за тысячи километров от этого места.
Те сразу всполошились, но лезть сами в Храм богов остереглись, потому как если они ошиблись, произойдёт сильнейший скандал с неприятными лично для них последствиями.
Связавшись с начальством, они обрисовали ситуацию, и им просто приказали ждать на улице, призрачно намекнув, что, мол, со мной все в порядке, а если всё-таки нет, пусть сами себе могилы роют.
Вот им и не оставалось больше ничего, как ждать, проклиная меня на все лады, но не заходя внутрь. Все, что им удалось узнать, так это то, что я ушел с Верховным волхвом, в чьи дела соваться не следует.
Мое появление они с одной стороны встретили с облегчением, а с другой — с жаждой убийства в глазах.
