Где находится центр принятия решений. Вопросы понятны? Отвечать будем? Нет. Отлично. Мне, знаете ли, очень хочется самому вас резать на куски, но я предоставлю эту возможность профессионалу. Десятая, они твои. И да, милая, учти, я хочу, чтобы они страдали.
— Конечно, родной, — ответила она мне такой кровожадной улыбкой, что малефики заметно вздрогнули. Потом достала сверток ткани, развернула его — и там блеснули всякие железяки, выглядевшие страшно даже на мой взгляд. — Сначала начну с механических воздействий, а потом перейду к магическим.
Первый, они тебе вообще нужны живыми?
— Пожалуй, что нет, — ответил я, задумавшись. — Кто знает, что они еще могут выкинуть? Главное для меня — ответы на вопросы, а если кто в процессе сдохнет, то и фиг бы с ним.
— Прекрасно, — засияла она. И с нежностью посмотрела на присмиревших стариков. — Надеюсь, вы будете долго и упорно сопротивляться. Мне хочется реализовать каждую идею из тысяч, что есть в моей голове!
Спустя всего пару секунд тишину подворотни разорвал страшный вопль, исполненный мук и страданий.
Прошёл час, когда Десятая окровавленной рукой откинула челку со лба и повернулась ко мне.
— Доволен?
— Более чем, — кивнул я. Притянув ее к себе, крепко поцеловал, чувствуя губами кровь врагов на ее лице. Это так возбуждало…
— Круто! — выдохнула она. — Кого еще надо допросить? А то мне понравилось!
— Пытать или целоваться с Первым? — ехидно поинтересовалась Один пять.
— И то, и другое. Дайте два, и гостиницу с душем в придачу.
— Самые роскошные апартаменты будут ждать вас по возвращению.
Самый разнузданный шопинг, лучшие рестораны с изысканной едой. Все, что захотите, будет к вашим услугам. Вы — мои самые родные и для вас все самое лучшее!
— Ты с нами, этого достаточно, — посерьезнев, кивнула она. — Мы же твои, а ты наш, так чего рассусоливать?
— Люблю всех вас.
— И мы тебя. Что дальше?
— Тела уничтожить так, чтобы и пепла не осталось, и присоединяемся к нашим. Пора уже возвращаться домой. Хотя, думаю, не сразу. Есть у меня на примере место, куда я бы хотел наведаться.
За два часа до этого
— Элеонора, пойдем в сад. От этого шума, если честно, болит голова, — предложил Ричард.
— Стареешь, — с улыбкой приняла та его руку, и они неспешно отправились на выход из дворца, провождаемые любопытными взглядами. Пройдя по выложенной декоративным камнем дорожке, они расположились в беседкеукрытой ото всех глаз.
— Ты меня будто на свидание привел. Прячемся как молодые, — хихикнула она. — Ты еще приставать начни.
