Перед этим состоится торжественное построение, где государь-император толкнет речь. Вот и все."
"— В среднем в отрядах по тридцать — сорок человек. Ваш самый маленький. Если что, я заранее соболезную.
— А не спешите нас хоронить. У нас во дворце еще есть дела… — пропел я строки из известного шлягера.
После этого дамочка с чуйкой профессионального разведчика попыталась нас разговорить, но фиг бы у нее получилось. Она вообще не понимала, кто перед ней. Наши маски, скрывая лицо, еще и голос маскировали, делая его машинным, неживым.
Поэтому ее любопытство было оправданным. Мы все были рослыми, с ни разу не понятными фигурами — балахон все скрывал, таинственные такие. Появились непонятно откуда и сразу прямо готовы бросить вызов сильнейшим? Тут ведь не только выпускники школ и академий собрались, но и действующие спецназеры, что прошли переподготовку. Заруба обещалась быть жесткой, и вроде как фавориты даже были ясны.
Пока не появились мы, никому неизвестные, темные личности, вообще не потеющие на столичной жаре.
— Я не поняла, — Третья быстро жевала бутерброд и запивала его лимонадом. — Нам что, с этими детишками надо будет воевать? — кивнула она в сторону большого экрана, на котором шли показательные выступления разных команд.
— Ага, — подтвердил я её опасения.
— Но это же нечестно!!! Нам всем против них…
— Все верно, — подключилась Один шесть. — Выйдем толпой и нанесем им непоправимую душевную травму.
— И что ты предлагаешь?
— Ну, не знаю. Пусть кто-нибудь один из нас пойдет.
— То есть, если их победит отряд, они расстроятся. А если один человек, то нет? Не вижу логики.
— Если ты ее не видишь, то это не значит, что ее нет. И ты плохо знаешь психологию людей. Так командование сразу поймет, что они против нас не пляшут, и прекратят этот фарс.
— Это ты плохо знаешь военных дуболомов. Скорей я поверю, что на нас спустят вообще всех.
— Тем проще, — пожала она плечами. — Значит, по-быстрому все закончим и поедем во дворец. У вас там подают фуагра? Я вот в рунете видела и очень хочу попробовать.
— Наверное, — пожал я плечами. — Я больше привык к грузинской кухне.
— Всякие сациви, хинкали…
— Нет, Жричёдали называется.
— А, ну мы на этой кухне уже два года живем. Так что?
— Что? Одному против всех? Могут не разрешить.
