Я Гордый часть 7

В голове только и мысли, что о всяких пошлостях.

— Это в тебе говорит бушующий источник.

— Нет, это во мне говорит воздержание, потому как я хочу всегда, но обычно контролирую это. Но сейчас сложно. Еще и ты тут ходишь в таком виде, который только папа может видеть.

— Ты так говоришь, будто в школе не учился и не привык себя сдерживать.

— В школе — это одно. Там была жёсткая необходимость, поэтому все мысли об этом я загнал так глубоко, что думал, не достану потом. А сейчас такой нужды нет, вот организм и бунтует.

— Так притащи ее сюда и развлекись. Обещаю, я ничего никому не скажу.

— Мам, вот на что ты меня толкаешь⁈

— Все верно. Я твоя мама и очень переживаю за твое здоровье. К тому же, ты ей явно понравился, так что даже ломаться не будет.

— Нет, не хочу. Говорят, воздержание тоже полезно. И вообще, я пошел купаться.

Скинув с себя одежду, я ринулся в воду и, подкинув себя воздухом метра на два, идеально в нее вошел. Водичка оказалась вполне себе комфортной, чистой, с медленным течением.

Пофыркав как тюлень, я создал водяной матрас, сделал ему привязку к берегу, чтобы не уплыл, после чего он принялся меня катать на себе, а я, закрыв глаза, улетел в нирвану."

"Поэтому и не увидел, как в небе показался просто огромный огненный шар, который, на миг зависнув, рухнул вниз, буквально затопив пляж в раскаленном добела пламени…

Глава 8

Глава 8

Признаюсь — расслабился, слишком в себя поверив. Магическое возмущение я почувствовал, но почему-то решил, что это мама развлекается — уж слишком сильным оно было для простых одаренных.

А когда произошел взрыв, меня подкинуло воздушной волной, еще и ко дну реки прижало, будто прессом, выбив воздух из легких. Будь я простым человеком, точно бы задохнулся, но к несчастью для нападавших простым я не был.

Развеять чужую магию было делом секунды, и вот я взмываю вверх, пылая от ярости в прямом смысле слова. Увидев берег, залитый огнем, я рванул туда, не сомневаясь, что мама жива, потому как чувствовал биение жизни.

И оказался прав. Не успел я долететь, как изнутри поднялась волна, тут же все погасившая, в центре которой стояла она, абсолютно обнаженная, с подпалинами на теле и предельно злющим лицом.

Еще два шара обрушились на нас с неба, но мы уже взлетели высоко вверх и мгновенно увидели, откуда их запустили.

— Моя очередь, — хищно оскалившись, бросила мама, и тут же над нападавшими появилась многотонная плита, которая, зависнув на мгновенье, рухнула вниз.