Я без особого труда прошел в цех через главный вход и подошел к пульту с микрофоном.
— Кхм… Уважаемые рейдеры. Это граф Кузнецов. Я стою в первом цеху. Если в течение пяти минут вы все отсюда не свалите, боюсь у вас могут появиться серьезные проблемы!
Разумеется, никто за пять минут не покинул МОЙ завод, и я только пожал плечами.
— Твой выход, приятель, — погладил Болванчика я по маленькой круглой голове.
Солдаты начали стягиваться ко мне со всех концов. Поразительная наглость! Они чего собрались меня то ли побить, то ли выгнать?
Болванчик просто вырубал каждого ударами в грудь.
Кто в бронежилете, те отделывались сильным ушибом, а кто забил на защиту, тем ломало ребра.
Затем детальки их подхватывали и выносили за шлагбаум.
Я же направился в кабинет директора, где главные рейдеры безуспешно пытались найти хоть какие-то документы. Жаль, они не знали, что все хранилось у меня в доме.
Тут они могли разыскать только паспорта отгрузки и приемки.
Я спокойно поднялся и постучал в дверь.
— Тук-тук! — и ударом кулака я снял преграду с петель. — А теперь, господа хорошие, сдавайтесь!
— Стоять, граф Кузнецов! — воскликнул толстячок, который, похоже, и был тем самым Просковьевым Игнатом. — Я представитель органов! Жандарм, арестуйте его!
В кабинете, помимо него находились еще пять человек. И один из них и впрямь был жандармом.
Ну как жандарм… Скорее просто ряженый, как и остальные.
— Что вы тут за балаган с цирком устроили? — проигнорировав его крики, спросил я.
— Немедленно покиньте помещение и завод! Это режимный объект.
Жандарм, слегка улыбаясь, подошел ко мне.
— Пройдемте-с, — махнул он головой, а я прописал ему прямой в зубы, и пара вылетела. Он осел на задницу и схватился за рот.
Я же пошел к толстяку, который продолжал сидеть за столом и проверять бумаги.
Но тут охранники попытались напасть все разом, но каждому хватило по два удара, и они упали без сознания.
Толстяк вызывал по рации всех кого мог, но ничего не происходило.
— Упс, кажется у тебя проблемы!
Я взял его за шкирку и выкинул из-за стола.
— Как ты?!.. Я представитель! Я тебя! — кричал он, отползая к выходу.
— Что ты сделаешь? — присел я перед ним на корточки. — Это режимный объект. Документы у вас липовые. Печати не настоящие, хотя сделаны неплохо. Да и твои люди нарушили ни один закон.
— Что? Как ты!
— Да заткнись! — рявкнул я.
Мне надоело выслушивать его причитания и охи. Он мигом вспотел.
