Я хочу быть тобой

Не будет бегать за сопливыми перваками и за ручку их водить. Сказал, что если я не могу нормально работать и доводить дело до конца, то он найдет кого-то более достойного и ответственного. Да. Так и сказал. Представляешь, — тихо всхлипывает она.

Ее голос такой несчастный и так отчаянно дрожит, что у меня самой ком в груди ворочается — не продохнуть, не разогнуться, и глаза на мокром месте. Жалко ее просто до слез.

Всего полчаса назад я малодушно думала о том, что скоро она уедет, и чувствовала робкое облегчение.

А сейчас…сейчас у меня сердце кровью обливается. Эти ее экспериментики, исписанные тетрадочки… От всего этого щемит за грудиной. Кто бы что ни говорил, но она еще девчонка совсем. Мелкая, чистая, еще не знающая, что такое настоящие обломы и трудности. У нее все это впереди. И разочарования, и борьба за результат, и осознание того, что взрослая жизнь — это не только свобода, но и целая куча обязанностей. И мне отчаянно не хочется, чтобы она столкнулась со всем этим прямо сейчас.

Я не могу понять этого препода, который посреди лета вызвал ее к себе, дал крупицы времени, а теперь воротит нос и хочет отказаться от Зайки. Разве так делают? Выдернул ребенка с заслуженных каникул — значит будь добр, планируй так, чтобы все успеть. А иначе что ты за препод такой? И вообще провал ученика — это в первую очередь провал учителя.

Моему негодованию нет предела. Если бы этот преподаватель был сейчас рядом, я бы ему все высказала! И вообще бы устроила сладкую жизнь.

Он бы у меня мигом забыл, как обижать бедных Заек.

От своих собственных мыслей становится не по себе.

Вот это меня бомбит!

Делаю мысленную пометку завтра же сходить к врачу, и не только встать на учет, но и попросить рецепт на валерьянку. Иначе, если меня так всю беременность будет кидать из слез в состояние боевого хомяка, то я с ума сойду.

Снова всхлип. Еще более жалкий и горестный!

Я не выдерживаю.

Боевой хомяк снова выходит в активную фазу. Я решительно выхожу из своего укрытия, намереваясь решить проблему одним махом.

Да гори оно все синем пламенем. Тетка я в конце концов, или просто так?

Зайка меня пока не видит, только горестно вздыхает в трубку:

— Мама ругаться будет. Она и так меня еле отпустила, сказала, что фигней страдаю. А как узнает, что у меня ничего не вышло, так и вовсе житья не будет, — шепчет и шмыгает носом.