-Пойдем в кабинет, - велит он и я плетусь за ним,
Внутри все выдержано в стиле Дулатова: строго и со вкусом. Мебель из красного дерева, стеллаж с книгами, диван. Обстановка напомнила мне комнату, которая была в нашем прежнем доме, когда была жива мама. Замечаю на столе две фотографии в рамках: одна - где мы с Даной вдвоем, другая - папа и Мира вместе. Немного колет под ребрами, но я всё понимаю.
-Пап, раз уж ты решил поговорить в такой обстановке, я хочу сказать, - начинаю я, но папа меня останавливает.
-Садись, - он указывает на стул напротив рабочего стола.
Я слушаюсь его, а он берет второй стул и садиться рядом. Затем он включает свой мобильный и протягивает его мне. - На, посмотри.
Беру в руки гаджет и меня словно обухом по голове ударили, потому что на экране я вижу нас с Фархатом в аэропорту. В тот день он провожал меня, а я попросила его оставить меня на парковке. Камера немного трясется, но даже так хорошо видно, как мы обнимаемся, смотрим друг на друга, целуемся. Как я прикладываю палец к его губам, а он поглаживает мою щеку и глядит с любовью в глаза.
Запись прерывается, я молча кладу смартфон на стол и вонзаю зубы в нижнюю губу. Сильно. Больно. Хочется до крови.
-Почему молчишь? - спрашивает папа строго.
-Следишь за мной? - поворачиваюсь к нему. - Может, еще телефон прослушиваешь?
Дернув бровями, папа встает на ноги и стучит кулаком по столу. Слышу, как монотонно тикают часы, приближая мою казнь.
-Значит, прослушиваешь, - поджимаю губы и смотрю на него снизу вверх, насупив брови.
- И как? Все, что хотел услышал?
-Лучше бы я этого не слышал.
Я не могу ничего сказать - язык прилип к небу, а по взгляду отца мне становится ясно, как он разочарован. Для девочки, которая всегда смотрела на него с восхищением и искала одобрения во всем, это самое страшное наказание. Страшно подумать, что он дошло до его ушей, ведь пока Фархат был в командировке мы разговаривали с ним каждый вечер. В основном по видеосвязи, но пару раз у него была проблема с вай-фаем и он подключил роуминг.
И мы не стеснялись. Мы говорили друг другу такие вещи, которые мой отец не должен был услышать. Господи, какой позор!
-Зачем, папа? Ты не должен был, - вырывается с горечью. - Это моя личная жизнь и у всего есть границы, которые ты нарушил.
-А что мне еще делать, когда мне докладывают, что у владельца крупнейшего в регионе молочного завода молодая любовница. И это Сая Дулатова, - он повышает голос, а я моментально покрываюсь мурашками и вздрагиваю.
