И мы были вынуждены слушать историю непростой любви девицы, которую звали Мальверина, с Арчибальдушкой. Чтобы выслушать все это и не свихнуться, пришлось налить и нам. И стресс заодно сняли. После третьей рю… чашки мы уже ржали как лошади, обсуждая парней и слушая интересные рассказы Люси про ее мир. Наши хорошие посиделки прервало появление очередной гневной девицы."
"Увидев Люсю, та аж позеленела от злости. Потому что орчанки и правда зеленеют, когда испытывают сильные эмоции.
— Что, тоже свидание расстроилось? — миролюбиво предположила я.
— Нет, ритуал проводила. — Она с интересом оглядела нашу компанию и выставленные перед нами чашки.
— Ладно, не злись. Деньги мы вернем, а Люся не виновата. Иди, запей стресс чайком, — предложила я.
— Чайком? — ухмыльнулась та.
— Чаем с бальзамом, — уточнила я.
Та не отказалась, и наша компания пополнилась. Я поинтересовалась: ждать нам еще гостей? Заглянули к нам на огонек еще две девицы. Одна ненадолго присоединилась к нашим посиделкам, но вскоре ушла, вторая фыркнула, потребовала деньги и ушла, хлопнув дверью.
Но нам было уже все равно, нам было весело.
— Еще две остались, — сказала я. — Наверное, они сегодня просто не зажигали. Так что тебе стоит их завтра найти и забрать свечи до скандала, — обратилась я к Люсе.
— Ой! — Она зажала рот рукой, и глаза ее наполнились ужасом.
— Что? — насторожились все разом.
— Одну свечку я подарила магистру Сухари… Сухариэри… — не могла выговорить нетрезвая Люся.
— Мы поняли, — прервала я ее попытки.
— Надеюсь, он ее не зажигал.
— А зачем ты ему ее подарила? — спросила орчанка.
— Я пригласила его на праздник богини-матери и вручила в подарок свечку, — выпалила Люся.
— Ого! Ты не рассказывала! Рассказывай скорее, — потребовала я.
— Да нечего рассказывать, — отмахнулась Люся. — Он сказал, что в моем положении мне не о праздниках надо думать, а о том, как устроиться в этом мире. Что главным для меня должна быть учеба и бла-бла-бла…
— Вот же сухарь, — выругалась я.
Со мной согласились все.
— Но свечку взял? — уточнила Алеора.
— Я ему ее всунула, — кивнула Люся. — Он попробовал отказаться, но я такой возможности не дала. А теперь жалею, — вздохнула она и, мне показалось, собралась заплакать.
— Только не плачь. — Я подлила ей очередное лекарство от слез.
Она выпила и встрепенулась:
— Какое плакать! Надо свечку у него забрать!
— Заберешь, — согласилась я. — Завтра.
— Нет, надо сейчас. — Она встала, пошатываясь.
