Ты решила мне отомстить, узнала мое самое слабое место — что я бежал из дома из-за нежелания жениться на избранной, — соблазнила меня и нанесла метку уз брака.
Ашшур вытянул руку и снял браслет, под которым была татуировка. Такая же, как моя. Я сделала то же самое и сравнила — один в один.
— Так она не настоящая?
— Исчезнет в течение года, — кивнул Ашшур.
— Это все или было что-то еще? Что было дальше, Ашшур?
— Дальше я испугался и решил сбежать. Мы оба рассердили богиню, ты — за то, что осквернила узы брака, я — за то, что избегал ответственности и не хотел уз истинной пары.
Богиня соединила нас узами сама.
— Богиня? Нас? Сама? — фыркнула я. — Да ладно? Ты думаешь, я в такое поверю?
Ашшур пожал плечами.
— Как хочешь. Все, я могу идти? Душ принять, знаешь ли, хочется, переодеться, — показал он кивком на свои раны.
— Да, конечно. — Я сглотнула. — Пойдем, я провожу тебя, а ты по дороге закончишь свою интересную историю.
— Ты же не веришь, — усмехнулся он.
— Все равно хочу услышать, продолжай.
Мы пошли по направлению к жилищам преподавателей.
— А дальше — мы оба восприняли ее дар как наказание и пытались от него избавиться, все больше отдаляясь друг от друга. Но нас физически тянуло друг к другу, и однажды мы слились в ядовитом поцелуе.
Произнес это дракон так, что по телу побежали мурашки.
— После этого узы истинной пары вступили в полную силу. Мы стали чувствовать друг друга. Вернее, ты испытала всю прелесть уз первая, но гордо молчала и страдала. А я — когда ты оказалась в объятиях Трамариса.
Я закусила губу. Мысли лихорадочно неслись вскачь. Я вспомнила, как дракон реагировал на мои эмоции, мои мысли. Значит ли это, что он чувствует меня? Но почему тогда я — нет? И, получается, он знал, чем мы с Кантором сегодня занимались?
— Тогда мы решили как-то исправить ситуацию. Найти возможность освободиться от навязанных уз. Хотя уже тогда я этого не хотел. Наоборот, желал, чтобы они связали нас еще крепче. Чтобы мы стали настоящей парой.
Я искоса взглянула на дракона. Он серьезно? Но да, он был не в том состоянии, чтобы шутить.
— А потом? — хрипло спросила я.
— Но ты страдала, и я сделал единственное, что мог в той ситуации, — попросил богиню переложить все последствия уз на меня. А тебя освободить.
О богиня… так значит…
— Она поставила условие — ты забудешь обо мне. Я согласился. Но богиня милостива. Она дала мне, влюбленному дурачку, шанс завоевать тебя в течение года, пока у нас остаются метки истинной пары. И я его протхэрил.
