Сижу в одних трусиках и глазею, на своего мужчинку, который решил свести меня с ума от возбуждения. Потому что медленно расстегивает пуговицы рубашки, пуговка за пуговкой, так тягуче медленно, ему только медленной эротичной музыки не хватает.
Я сглатываю, не знаю, откуда взявшуюся слюну, и жадно смотрю на Женю. Наконец-то с рубашкой он разобрался, и откинул ее в сторону, и взялся за брюки. С ремнем то мы ранее справились, но вот он расстегивает пуговицы, звук молнии, и брюки соскальзывают с его бедер. Это самое эротичное, что я видела в своей жизни, идеальный мужчина, с охринительной фигурой, и с недетским возбуждением, и все для меня единственной.
Протягиваю руку и прикасаюсь к нему, провожу подушечками пальцев по идеальному прессу, чувствую, как он напрягается. Замирает и следит за моей рукой, не шевелится, ждет дальнейших моих действий. А я сама не знаю чего хочу. Хочу его всего, трогать, прикасаться, ощутить. Провожу пальцем по резинке боксеров и засовывая палец за ее край и тяну их вниз.
Мне открывается прекрасный вид на возбужденный член, который так и ждет, что бы его потрогали. И я трогаю. Он такой шелковистый, нереально нежная кожа. Я глажу и кайфую, так увлекаюсь, что не обращаю внимание на Женю, а когда поднимаю на него глаза, то читаю в его глазах такое возбуждение, которое никогда не видела. В них бушует, что-то животное, хищное, древнее.
– Все, не могу больше,– практически рычит мой босс, и нависает надо мной.
Я отползаю дальше на диван, а Женя нависает и дальше надо мной, когда в какой-то момент не оказывается у меня между ног, а куда делись трусики? Как они оказались у Жени в руках? Ладно потом выясню, не до того сейчас.
Мгновение и член, который я только, что с таким трепетом трогала и наглаживала, входит в меня, а меня выгибает от удовольствия. Чувствую все, его толщину, четко выпирающую головку, каждую венку. Все это скользит во мне и возбуждает, хочется не стонать, а кричать. И я кричу, от удовольствия и эмоций, которые меня переполняют, они выплескиваются из меня, бьют через край.
– Я люблю тебя!– практически кричу, и чувствую, как кончаю, растворяясь в ощущениях и неге, что разливается по венам, отправляя меня на небеса блаженства.
Евгений
Лежим на диване, крепко обнимаю Алину, которая нежится в моих объятиях. Она призналась мне в любви, но осознанно это было или на эмоциях. Ох, как же не хочется нарушать эти минуты умиротворения, но знать ответы мне нужно.
