Я в недоумении спросила, всё ли это или ещё брать будут?
— Это на сегодня, моя Золотая кобылица! — нарёк меня мой белоснежный копытный супруг, — А во второй половине Дома на завтра!
Я только крякнула. А дальше был Пир! Вёдра наполнялись настойкой на местных ягодах, жареные ноги, спины и так далее, всё обновлялись и обновлялись на столах. Я сидела рядом с русалом, и мы оба с ужасом двух язвенников наблюдали превращение разумных существ в неразумных. После шестого наверно по счёту тоста за меня и мужа, кентавры встали, то есть отошли от столов и потребовали начать скачки! Пригласили моих мужчин посоревноваться.
— А? — хотела я спросить о том, как они себе это представляют, но пыль уже стояла столбом, и все участники усвистали в голубую даль. Наги отрастили хвосты и так шуршали, что вышли на параллель с кентаврами. Мой Шарри развил такую скорость! Он только молодецки хекал и широкими шагами догонял советников.
Только не это! Вернулись с обгонялок и стали бить друг другу морды на законных основаниях! То есть назвали это поединком! Ирнанн дьявольски усмехнулся и так съездил моему белому по фэйсу, что тот только ухнул.
И понеслась! Намяли бока и моим… мешок потяжелел на пару десятков клыков сразу. Урожайный день, блин.
— Ты забрала моего жениха! Теперь отдай своего! — заявила наглая рыжая, подкатившись ко мне тихой сапой. Я так и вытаращилась на наглую дурочку."
"— И кого же ты хочешь? — спросила просто, чтобы потом посмотреть на её облом.
Пучеглазая рыжая кентаврица скосила взгляд на душащего вождя Троя.
Тот минуту ещё подушил белого, потом был сброшен наземь. Наши пристальные восхищённые взгляды заметили все. Трой мрачной статуей, олицетворяющей гнев и битву, прошагал к нам. И так он внушительно выглядел, что даже кентаврица стала будто ниже ростом.
— Я принадлежу Таини! — припечатал он и, развернувшись, продолжил битву. Мне кажется, или Белый снег тоже не против помахать кулаками? Они нашли друг друга…
— Так отдашь? — вот поганка!
— У тебя скоро будет жених, Рыжий Восход! Тебе понравится, обещаю! — громыхнуло после моих слов.
Кентаврица приосанилась, этакой курицей-хохлаткой проплыла к остальным женщинам. Долго хвалилась тем, что едва не отбила божественного покровителя у богини, но я, дескать, пообещала ей жениха ещё круче. Ну-ну, поскачешь ты у меня…
— Таи! Смотри, как я его отделал! — гордо сиял синяками и фонарями Ран. Рядом счастливо улыбался Релль, такой же побитый. А указывали они на молодого кентавра, на коем была только пара царапин.
