Я к тебе (не) вернусь (СИ)

— Эвелин, прекрати сопротивляться мне, — влажно выдыхает мне в шею, пуская дрожь по коже. — Мы оба этого хотим.

— Я не могу. Это неправильно, — всхлипываю, хватаясь последними силами за здравый рассудок.

— Неправильно выходить за нелюбимого.

Раян поднимает мои руки, закидывая себе на плечи, и прижимается лбом к моему. Я ощущаю под ладошками гладкую горячую кожу, а на губах его дыхание. Он больше ничего не делает, как и я, наслаждаясь украденной этим годом близостью.

Воздух наполняется вкусом уязвимости.

— Скажи мне, что случилось, — шепчу я и он дёргается назад. Я вплетаю пальцы в его затылок и прижимаю, не позволяя. — Пожалуйста, скажи мне, Раян. Пожалуйста, - умоляю я, чувствуя, что сейчас заплачу.

Мне важно посмотреть в его глаза. Я знаю, что увижу в них зацепку. Я знаю, что сейчас там что-то пробивается под коркой льда. Но они закрыты.

Раян издает рваный выдох, а затем сильно впивается в мои губы. Но его поцелуй неожиданно нежный.

Раян прав. Я не могу ему сопротивляться, как бы ни пыталась обманываться.

Он как будто читает мои мысли, углубляет поцелуй и прижимается вплотную. Опускает руки на бедра, подхватывая, и я смыкаю ноги на его талии. Проталкивает руку за мою спину и сгребает меня в кольцо.

Я забываю о том, что за этой тонкой дверной преградой моя тайна. Забываю, где он был целый год, что делал и кем стал. Все становится размытым и неважным.

Раян разворачивается и несёт меня в нашу спальню. Целует и гладит спину, опускаясь пальцами все ниже. Расстегивает мои штаны и поднимает футболку, но я словно плыву на мягком облаке, голова кружится и наполняется туманом. Ещё пара выверенных движений и я осознаю себя уже лежащей на кровати, голой и уязвимой. Раян нависает сверху и придавливает меня собой. Расталкивает мои ноги в стороны и прижимается горячей головкой к входу.

— Раян, подожди, — испуганно шепчу я, но он не слышит и толкается бедрами вперёд."

"Из моего горла срывается хрип боли, а Раян потрясенно застывает.

— Эвелин?

Я рваными кусками выталкиваю выдох, сжимаю и разжимаю слезливые веки, видя его перепуганное лицо. Но уже поздно. Поздно возвращаться назад.

— Молчи, Раян, — хриплю я, пытаясь ослабить давление внутри.