— Говоришь, как мой отец! — фыркнул он.
Не буду рассказывать, что давно пообещал отцу защищать его, да и не это основная причина. Я переживал за жизнь друга.
Я вызвал Данилу, и мы решили, что пока тот едет, надо бы купить новый билет на дирижабль.
— Как вообще в институте?
Пока мы шли до вокзала, я решил потихоньку возвращаться в студенческую жизнь. И неважно, что я уже князь. Я хочу учиться!
— Тихо-мирно. Трубецкой Марк даже стал дружелюбным. Уж не знаю, что произошло, но он не огрызается. А недавно, прикинь, помог Виолетте в рейде на метеориты! Ей там какие-то материалы были нужны для исследований.
Про Марка я совсем забыл. Вроде, хороший парень, который просто родился не у того отца. И даже его попытки исправиться, вроде, дают результат. Старается, и молодец.
— Зато Баскаков как с цепи сорвался, — сказал Дима. — Постоянно хочет до кого-то докопаться. У него явно проблемы в семье. Кажется, папа говорил, что отец лишил его безлимитной карты и чего-то там еще. Подробностей не знаю.
— Понятно, что ж, вот так и становятся мужчинами. Поглядим, куда это приведет, — пожав плечами, я встал в конец очереди.
На удивление пассажиров на дирижабли выстроилось много, а ведь это не самый дешевый вид транспорта. Хотя Широково — довольно богатый город, и работникам предприятий для Скарабеев платили приличные деньги. Раз в пару месяцев народ мог позволить себе летать в столицу и обратно.
Пока мы стояли, я мысленно предупредил Валеру, что в полете что-то может произойти.
— Отлично! Повеселимся! — расхохотался Валера.
В итоге, купив билет на вечер, мы вышли на улицу подышать воздухом. Да и Данила должен уже подъезжать.
— Слушай, а Мэйдзи вообще… Ну, как думаешь, он хорошо ко мне отнесется? — аккуратно спросил Дима. — Он же твой… сенсей.
— Дим, честно, по мне мужик хоть и со странностями, но очень хороший. Главное, говори ему все, как есть, не придумывай и не юли.
Когда приехал Данила с девушками, я вверил им друга и с чистой душой пошел в привокзальное кафе — ждать свой вылет.
* * *
Где-то над просторами Российской Империи.
На пути в Москву.
Антон Чигур недовольно посмотрел на свои ногти и сдул пыль. Потом еще раз провел пилкой по среднему и указательному пальцу и, в конце концов, удовлетворенно кивнул.
— И чего ты возишься с этими ногтями? — напротив сидел напарник, Виктор Назаров.
— Он всегда такой, — сказал третий мужчина и сделал глоток чая. Звали его Иван Полев.
В каюте сидели трое мужчин.
