У охранников оружие изъять, пусть все в протоколе распишутся, а назавтра с утра в следственный комитет. Григорьев, ты в каком кабинете работаешь?
— В тридцать четвертом, — отозвался голос откуда-то из-за спины Кирилла Алексеевича. — Да, пусть к десяти все и подходят.
— Ты мне это зачем говоришь? — рассердилась Маргарита Владимировна. — Вот подопечные твои, ты им это и рассказывай. Так, этого тоже в дом заводите, — кивнула она на неподвижно застывшего Кольцова, — послушаем, что наш потерпевший расскажет.
Следственные действия продолжались еще несколько часов.
Губернатора с Кольцовым с самого начала развели по разным комнатам. На робкую просьбу Кирилла Алексеевича сделать звонок адвокату ему было доходчиво объяснено, что в настоящий момент подозреваемым по делу он не является, а значит, и адвокат ему пока не положен. И вообще, если он хочет сохранить текущее положение вещей, а уж тем более получить статус потерпевшего, то должен сотрудничать со следствием максимально продуктивно.
Подумав, Кирилл Алексеевич начал сотрудничать.
За два часа он рассказал всю историю происхождения предназначенных для губернатора денежных средств, а также объяснил, почему сумок с деньгами было именно столько.
— Значит, Ивана Юрьевича тоже заставили поделиться, — хмыкнула Кравцова, выслушав историю о том, как первоначально запланированный миллиард был вырван из цепких рук губернатора. — И кто же это такой ушлый?
— Вот уж чего не знаю, — развел руками Кольцов, — это вам у Сергиевича надо спрашивать. Но я думаю, он и сам молчать не станет.
А то что же, сам только пол-ярда получить должен был, а срок за все полтора дать могут.
— Логично, — согласилась Маргарита Владимировна и кивнула своему напарнику, большей частью молчащему майору Григорьеву, — продолжайте здесь, а я Сергиевича все же разговорить попробую.
Когда измученный Кирилл Алексеевич в сопровождении Григорьева вышел на крыльцо губернаторской резиденции, уже начинало темнеть, а из подступающего к дому соснового леса тянуло сыростью.
— Этого выпускаем, — Григорьев кивнул застывшим на крыльце автоматчикам, — а вы, Кольцов, завтра не опаздывайте. В тридцать первый кабинет, к Маргарите Владимировне.
— Я понял, в девять, я буду, — торопливо закивал Кирилл Алексеевич и вдруг, понизив голос до вороватого шепота, спросил: — А с Сергиевичем что будет?"
"— А что с ним будет? — усмехнулся майор. — Сотрудничать он пока желанием не горит. Так что у него сейчас одна дорога: небо, самолет, Лефортово.
