Поэтому и заходят они так, бочком, один за другим, словно два приятеля неразлейвода, и стоят теперь плечом к плечу, поочередно переводя взгляд с сидящей за письменным столом Шестаковой на опирающегося о подоконник Лунина и обратно.
— Присаживайтесь, Анатолий Петрович. — Шестакова взглянула на прапорщика: — Наручники можно снять пока.
— Решеточек-то у вас нет на окне, — неодобрительно заметил конвоир.
— Ничего, я тут у окна постою, — успокоил его Илья, стараясь не выдать охватившего его волнения, — авось не просочится.
— Воля ваша, — прапорщик достал ключ от наручников, — если что, мы в коридоре будем.
— Конечно, — поторопила его Шестакова, — там и стулья есть, располагайтесь.
— Ежели что, я в окно прыгать, шею себе ломать не собираюсь. Слышишь, прапор?! — выкрикнул Анатолий вслед выходящему из кабинета конвоиру. Ответом ему был лишь глухой стук захлопнувшейся двери. — Что, еще одна попытка выбить из меня что-нибудь для вашего протокола?
Анатолий потер запястья, на которых еще были видны следы от наручников, и взглянул на неподвижно стоящего у окна Илью.
— Смотрю, и кабанчика привели такого, убедительного. Только, может, наручники зря сняли? Если меня и этот начнет по почкам лупить, мое терпение ведь и лопнуть может. Оно у меня как раз в почках прячется.
— Успокойтесь, Лунин, — Шестакова нервно постукивала по столу шариковой авторучкой, — никто вас тут бить не собирается. Надеюсь, и вы себя будете вести адекватно. Если честно, то это наше общение больше в ваших интересах.
— Надо же? — недоверчиво хмыкнул Анатолий.
— А где же тогда этот, как его, Кирилл Анатольевич? Где адвокат? Он вроде как за мои интересы радеет.
— Здесь за ваши интересы столько радельщиков выискалось, — Ирина Владимировна раздраженно бросила карандаш на стол, — можете с одним из них познакомиться. Приехал специально для того, чтобы с вами пообщаться, прямо из областного центра.
Анатолий более внимательно изучил застывшую у окна фигуру.
— Надо же, честь какая. Интересно, чем обязан?
— Фамилии, Лунин, вы обязаны, исключительно фамилии, — усмехнулась Шестакова.
— Чтобы вы долго не гадали, я вам вашего радетеля представлю, а то ведь вы сами его никак не признаете. — Она театрально взмахнула рукой, указывая на Илью. — Следователь по особо важным делам Илья Олегович Лунин.
— Здравствуй, Анатолий. — Илья решил, что дальнейшее молчание будет выглядеть несколько странно.
— Родственник, значит, — пробормотал Анатолий. К удивлению Ильи, на лице брата он не заметил и тени радости.
