Я – маг огня!

– Интересно, чья она все же дочка или любовница? Попасть сюда сверх лимита… Это надо иметь весьма сильных покровителей, – это было произнесено белобрысым Минигом нарочито громко, чтобы оценила вся группа.

Слова попали в благодатную почву. Начались переглядывания, но пока не перешептывания. А я подумала, что это неплохой способ разведать обстановку боем. И, развернувшись уже полностью, с милой улыбкой сообщила:

– Я дочь канцлера… – и после этих слов постаралась запомнить реакцию максимального числа адептов. Всех, конечно, было нереально, но…"

"Лицо белобрысого вытянулось.

Его сосед, темноволосый обладатель серьги, как-то враз порастратил всю свою смуглость, обратившуюся серостью, кто-то из адептов вытаращился на меня, другие, наоборот, спешили отвести взгляд. Иные закашлялись. В том числе и мой сосед. Во только, увы, возмущения ни у кого я не заметила. А жаль. Вот что бы стоило настоящему отпрыску канцлера гневно сверкнуть очами на наглую самозванку. Ан нет. Жаль.

– …может быть, – через бесконечно длинную паузу добавила я.

И, глядя на то, как меняется выражение лиц у одногруппников, поняла: вот так и обзаводятся врагами. Легко, непринужденно. Всего-то парой слов. Причем даже приличных, не бранных, и не в чей-то конкретный адрес, а произнесенных в честь себя, любимой. Поэтому поспешила ликвидировать последствия своей провокации, пока мне не вынесли коллективный приговор и не ринулись приводить его в исполнение, устроив вечеринку в стиле аутодафе, и добавила: – А может, в аудитории, где шел экзамен, который принимала сама ректор, я слегка вынесла стенку, просто ударив по ней.

– Магией? – недоверчиво поинтересовался мой сосед.

– Интеллектом, – произнесла я тем тоном, который явно давал понять: это шутка.

– А про дочь канцлера тоже шутка? – осторожно уточнил его сосед. И вот что интересно, спросил он, а ответа ждали с замиранием все. Точнее, почти все.

Краем глаза заметила, что у окна сидел один странный тип. Он смотрел на меня с таким выражением, словно я была неожиданно выскочившим на носу прыщом накануне свидания.

И стоило его поскорее выдавить. И на предпоследней парте адепт тоже мрачно меня рассматривал, словно хозяин мясной лавки вегетарианца.

И еще двое в середине центрального ряда как-то активно переглядывались, то и дело кося на меня, словно уже заранее знали ответ…

Возможно, я кого-то еще не заметила, но хотя бы что-то… Тянуть больше было нельзя, потому пришлось сказать правду:

– Конечно. – Я широко улыбнулась.