, - прошептала одними губами, опускаясь на выступ в стене, так как перед глазами от переживаний все поплыло."
"- При королевском дворе не приветствуется беременность, ведь служанки в положении уже не смогут работать так же как и раньше, но меня это не пугало. Я хотела ребенка и была готова ради него пожертвовать всем, - Улария, заметив, как я поежилась, кинулась к шкафу и, выудив оттуда огромное полотенце, поспешила замотать меня в него. - У меня имелся свой дом и накопления, поэтому я ждала твоего рождения, строя планы на будущее, которым не дано было свершиться.
, - печально вздохнув, женщина продолжила: - За неделю до родов, я ушла из замка, готовясь к самому долгожданному дню, и когда у меня отошли воды, то я поспешила в лекарский домик. Знаю, что это дороже, чем рожать дома, - закивала Улария, - но ты для меня была самым ценным сокровищем на всем белом свете, поэтому я не пожалела той суммы, которую мне назвали.
Я вскинула взгляд на свою биологическую мать, которая взволнованно сжимала свой накрахмаленный фартук.
- Роды проходили хорошо, как сказала повитуха, - женщина опустила глаза в пол, - а потом, когда ты родилась, меня оповестили, что ребенок не дышит...
На Уларию было страшно смотреть, она словно переживала все заново.
- Обманули., - осторожно прошептала я.
- Я тоже сначала так подумала, когда тебя резко вынесли из комнаты, не дав даже взглянуть, - кивнула женщина, - но потом внесли обратно и отдали мне в руки. Увидев твое бездыханное тельце, я молила богов забрать меня вместе с тобой.
Не заметила, как по моим щекам побежали ручейки слез. Сколько же ей пришлось пережить в тот момент, даже страшно подумать. Врагу такого не пожелаешь.
- Из лекарского дома я вышла без половины своей души. У меня нет родных, родители умерли еще до твоего зачатия, поэтому хоронила тебя я одна.
Не выдерживая душевных мучений Уларии, сорвалась с места, кидаясь в ее объятия.
- Девочка моя, - заревела мама, крепко прижимая меня к себе, - уже потом, через месяц, я начала прислушиваться к своему сердцу, которое вопило, что ты жива, что ты не покинула этот мир.
Я несколько раз ходила в этот проклятый лекарский дом, обивая его пороги. Если в первые два раза меня пытались успокоить, заверяя, что тебя больше нет, то потом они попросту перестали открывать мне двери, ссылаясь на мою невменяемость.
«Мерзкие создания! - шипела я про себя, прижимаясь к единственному родному существу на всем свете.
