После вечернего шопинга и ужина в торговом центре они еле дотерпели до прихода домой, так хотелось любви.
– Я надеюсь, Эва, мы друг друга поняли, – закончил свою речь Артур.
– Поняли-поняли, – кивнула она. – Я могу идти?
– Естественно нет, – сказал он с важным видом.
Эва приподняла левую бровь, как бы интересуясь: «Что еще?»
А Артур вдруг спросил:
– Ты какой лифчик надела? Я утром не успел посмотреть.
При этом внаглую потянулся к ее блузке с явным намерением расстегнуть.
– Но-но! – Эва отпрянула назад, чтобы он не смог этого сделать.
– Ты чего?
Артур же только придвинулся к ней ближе.
– Тот синий кружевной или белый? – ничего не стесняясь, спросил он.
Они действительно купили для Эвы вчера два бюстгальтера, один другого краше. Новое белье идеально подходило под офисные блузки.
– Ты мне только что полчаса рассказывал про субординацию, – фыркнула она. – Забыл, что ли?
– Ничего я не забыл, – возмутился он. – Сейчас пять минут потрогаю тебя, и пойдешь работать. Здесь же никто не увидит, камеры отсутствуют.
– Ну нет, – покачала головой она. – Начальник не может трогать свою младшую подчиненную. Это, вообще-то, харассмент!
– Какой к чертям харассмент? – Он нахмурил брови и указал пальцем на ее грудь. – Вообще-то, тут все мое, забыла?
Эва встала с дивана, посмотрела на него деланно оскорбленным взглядом и сказала, проведя ладонями по своей фигуре:
– С девяти до шести все это мое личное и неприкосновенное. Прочь руки, господин начальник.
И с важным видом потопала к выходу.
– Дома сочтемся… – проворчал он ей вслед.
Эва посмотрела на него через плечо, не сдержала смешка. Уж очень раздосадованным выглядел большой босс.
Чтобы не обижался, Эва послала ему воздушный поцелуй и поспешила на свое рабочее место.
Очень старалась за этот долгий и нервный день вникнуть в нюансы новой работы. Но то и дело отвлекалась, когда Артур показывался в общем кабинете. Происходило это примерно раз в час-полтора.
И каждый раз она ловила на себе его взгляды, хотя сама старалась вообще на него не смотреть.
На всякий случай, чтобы он больше не увидел в ее глазах никакого томления.
Кстати, ей показалось или тот факт, что она старалась его не замечать, злил Артура? Взгляды его становились с каждым разом все тяжелее и строже.
Ее коленкам впору начать трястись, но… Вот какое дело – кажется, грозные взгляды Артура больше ее не страшили. Ведь ничего ужасного за ними по факту не стояло.
