Но если к моменту регистрации ты захочешь от меня съехать, ни слова не скажу, обеспечу тебе это. Однако, если нас обоих все устроит, в середине декабря мы поженимся.
Эва на миг онемела.
Чего-чего, а того, что Артур повторно позовет ее замуж, после того как получил свое сполна, она не ожидала. Обвинения в том, что она легкомысленная оторва, – очень даже, а вот предложения руки и сердца – нет.
К тому же новое предложение звучало гораздо разумнее того, что Артур озвучил ей вчера. Ведь чуть не волоком потащил ее в загс.
Более того, его слова показались ей осмысленными.
Она, конечно, могла бы его отвергнуть, прямо тут послать Саркисяна куда подальше. Но ей и вправду хотелось его получше узнать, позволить ему узнать ее. Может, тогда он поменяет о ней мнение. Увидит ее достоинства.
К тому же уходить теперь ей совсем не хотелось.
Не после его нежных слов. Не после тех чудных картинок, которые тут же нарисовало ее живое воображение.
Вот они с Артуром вместе идут на улицу с коляской – погулять с ребенком.
Вот он ведет ее на ужин к родным, представляет своей супругой.
Вот они справляют десятилетнюю годовщину, а трое их детей сидят рядышком за столом."
"«Глупая девчонка, неужели ты вправду веришь, что такое возможно после того, как начались ваши отношения?» – критиковало ее внутреннее я.
Впрочем, он ведь ни к чему ее не принуждал, немедленно выходить за него она не обязана. Два месяца на посмотреть что к чему – очень даже разумно. Она вчера сама предложила это в загсе, пусть в тот момент и старалась просто оттянуть момент.
Да, Артур не сказал ни слова о чувствах… Но не всякий мужчина умеет о них говорить, Эва где-то читала об этом.
– Что ответишь? – Артур выжидательно на нее посмотрел.
– Давай попробуем, – она услышала свой голос как бы со стороны.
На это Артур широко улыбнулся. Достал из коробочки кольцо, протянул ей.
– Примеришь? – попросил он.
Эва кивнула, надела украшение на безымянный палец, залюбовалась игрой света, насыщенным темно-синим оттенком. Бесподобное кольцо, у нее и близко никогда ничего подобного не было.
– Теперь ты моя невеста, – объявил он.
Уверенно так объявил, будто издал указ и поставил на нем печать.
Эва почувствовала, что за этими его словами стояло что-то еще. И оказалась права.
Очень скоро он продолжил:
– Я хочу, чтобы ты была для меня открытой книгой. Все время, что мы будем жить вместе, желаю знать, где ты, чем занята. Если спрошу о чем-то, ты должна будешь честно ответить. Никаких тайн и недомолвок.
