– Не знаю, я сама не понимаю, как здесь оказалась! – тут мне в голову пришла мысль, и я решила ее попробовать. – Меня околдовали! Одна ведьма захотела моего мужа и наслала на меня заклятие, чтобы я исчезла. И вот я здесь, меня нашли около леса и доставили к Лайону, то есть к графу или почти графу, как оказалось, или все же не графу? – совсем запуталась я, но, похоже, женщина начала мне верить.
– Откуда ты? – спросила графиня, задумчиво разглядывая меня.
– Я? Да вы не знаете, – махнула я рукой и деловито присела в ближайшее кресло.
– Далеко отсюда, и я мечтаю снова попасть домой. Вы не подумайте, я сама не рада, что здесь оказалась!
Графиня обошла вокруг меня и села в кресло напротив. Ее глаза изучали меня почище рентгена. Но пару минут спустя она для себя что-то решила и произнесла:
– Можешь уходить. Иди куда хочешь.
– Как это? – удивилась я. – Куда это я пойду? Вот если бы вы узнали, в каком месте меня схватили, то, возможно, побывав там, я и попала бы обратно.
– Я спрошу своего сына, – кивнула графиня, – но здесь ты оставаться не можешь.
– Почему? – вдруг обиделась я. – Если я не смогу попасть обратно, то куда мне идти?
– А я почем знаю? – удивилась мать Лайона. – Иди куда хочешь!
– Лайон сказал, что я поеду с ним, – надуто произнесла я, – К его сеньору.
– Зачем?! Граф Раймунд не особо жалует чужаков. Мой сын не может взять тебя с собой.
– Ну а мы не скажем этому Раймунду, что я чужая, ну пусть я буду, например, служанка или той, кто зашивает рубашки графа, хотя нет, я плохо шью.
Возможно, той, кто скрашивает его досуг, ну там песни поет, письма за него пишет, книжки читает? Нет?
– Нет, – отрицательно покачала головой графиня. – За рыцарским отрядом следуют только оруженосцы и женщины для готовки еды, стирки и… – тут графиня запнулась, снова оглядев меня.
– И?
– Женщины для развлечения рыцарей, – с выдохом закончила мать Лайона.
– Э, нет! Так я не договаривалась! Давайте я готовить буду, хотя готовить на целое войско… Я могу рисовать! Вот, – нашлась я, оглядываясь вокруг в поисках бумаги и карандашей.
– Рисовать? – удивилась снова графиня
– Художник я, точнее, художница. Есть у вас такие? Живописец?
– Есть художники-монахи, – пробормотала графиня.
– Ну вот! – обрадовалась я. – А у вас будет своя, уникальная художница – женщина.
– Зачем мне художница? – снова удивилась графиня.
