Я (не) хотела этой свадьбы, ректор!

— Что с тобой, Полли, я тебя не узнаю́?! Что ты за чушь там несла? Какая тебе разница до этой девки?! — злобно зашипела Цисси, едва вы остались наедине в первом же пустом кабинете, куда меня подруга затащила. — Ты совсем сдурела от своей беременности?! Если ты носишь дитя, это не значит, что мы будем тебе потакать во всём твоём сумасбродстве!

Глава 36

Я опешила. Беременна?!

Получается, Ричард не соврал, и в какой-то момент я всё-таки была беременна?! Ну, Полли, точнее.

Мысли неслись галопом.

Но Цисси, получается, не знает, что я лишилась ребёнка, из-за чего страдала и попросила Ричарда помочь мне это забыть.

И тут врёт либо она, либо ректор. Но в любом случае не такая уж она и близкая подруга, раз Полли ей не рассказала о своих страданиях и потери ребёнка.

Если только… Полли всё ещё беременна?!

Мама родная! Я что беременна?!

Зато теперь понятно, почему изначально вообще появилась эта история с поспешной помолвкой и свадьбой!

И понятно, почему Полли боится и не хочет отпускать Ричарда: если он не врал, и Полли действительно забыла, что потеряла ребёнка, то, может быть, она до сих пор думает, что беременна и потому так цепляется за ректора?!

Это всё так, если учитывать, что ректор сказал мне правду.

Боги, в том мире есть аппарат УЗИ или ХГЧ-тест?! Я могу как-то узнать, беременна ли я или нет?! А в идеале ещё и узнать, была ли я беременна, если, как я надеюсь, окажется, что я не беременна сейчас.

Господи, голова кру́гом от всех этих мыслей…

В кабинет с шумом ворвались Адам и Вольдемар.

— Полли! Ты ничего не хочешь нам объяснить, что ты там устроила?! — рявкнул Адам с порога.

Я почувствовала, как в груди сердце сжимается от подкрадывающегося. Нужно собраться с мыслями и убедить этих высокородных задир в моей правоте, что это нам на пользу.

Нельзя паниковать, ситуация слишком серьёзная. Если оплошаю, то настрою эту троицу против себя.

— Цисси, Адам, Волли, я… — начала было я, но подруга меня резко прервала.

— Не «я», а «мы»! Ты не одна, мы все представляем Тетрархию. Как ты могла там такое заявлять, не посовещавшись с нами?! — Цисси была в ярости.

Её лицо стало красным от гнева, а глаза сверкали, как у хищной птицы. Всклокоченной и кудрявой, но птицы. Миленькой, кстати.

— Ты должна понять, что сейчас не время для твоих глупых мечтаний о равенстве и справедливости, — продолжала меня отчитывать Цисси.