Онлайн-библиотека книг
— Эх! Хорошо!
Он взял с тарелки гренку и закинул в рот.
— Давненько я не бывал в таких местах, — мечтательно сказал Нахимов. — Аж ностальгия!
— И не говори.
Они приехали в Широково утром и не знали, чем занять себя. Буквально час назад в КИИМ заехал кортеж царя, с которым они в последнее время сильно сдружились и все благодаря чату.
— Слушай, а хорошая вещь, эта переписка! — потряс телефоном Петр Нахимов. — Все же вон сколько новостей и куча фотографий и просто поболтать…
В подтверждение этого пришло сообщение от царя.
«Вы где?»
— Ты же не хочешь позвать его сюда? — ухмыльнулся Сергей Кутузов, подзывая официантку.
— Ну… — в его глазах мелькнул нездоровый огонек азарта.
«Мы в баре „Для тебя“. Если хотите, приезжайте».
Кутузов заказал жареной курочки и глянул в телефон.
— Хех, ставлю кружку пива, что он откажется.
— Идет! — Нахимов протянул ладонь и Кутузов отбил.
«Посмотрел где это. Извините, но я не приеду. Скоро начнется пресс-конференция, будите смотреть? Мы уже готовы!»
И в чат прилетела селфи, где на переднем плане сидел суровый царь, а на заднем плане в кресле расположился Горький, Наталья Геннадьевна Ермакова с тарелкой чипсов, Асая Рей, показывающий знак V и отчего-то грустный Белозеров.
— Ого! Смотри, какая у них там компания! — удивился Петр, показывая фотку Сергею. — Не хватает только Старостелецкого.
— Насколько я слышал, он не любитель подобных мероприятий, — ответил генерал. — Ну я про сборище людей. Он же больше домашний…
Им принесли жареную курочку.
У стойки бара компания пьяных молодых работяг (по сравнению с Кутузовым и Нахимовым) громко заржала.
— Эх, молодежь, — вздохнул Кутузов. — Сейчас уже не то воспитание…
— Ха, Серега, ты сейчас сказал как настоящий старикан! — улыбнулся адмирал. — Еще совсем чуть-чуть, и в чат можно отправлять открытки с добрым утром.
— Ты меня сейчас подколол или сравнил с царем? — парировал Кутузов.
— А это уже сам думай, — он хлопнул приятеля по плечу. — Выпусти, дай в туалет сходить.
Они бы и дальше мирно сидели и болтали, если бы не компания пьяных парней за барной стойкой.
Нахимов вышел из-за стола, когда к ним подошел самый смелый, ну и соответственно, самый пьяный. Лет тридцати-сорока.
— О, мужик, дай попробовать мяско? — он наклонился и бесцеремонно потянулся к тарелке Кутузова.
