Онлайн-библиотека книг
На этом моя совесть чиста, а там уж они сами передадут по цепочке. Я надеюсь.
И все же интересные ребята. Не хотелось бы мне с ними встретиться при других обстоятельствах.
Лора уже вывела мне отчет, что в здании были очень сильные маги, уровня Звездочёта минимум. А это, извините меня, не шутки.
В машину я запрыгнул в хорошем настроении.
— Ну-с, погнали домой! Надо чемоданы собирать!
* * *Это же время, в отделе жандармерии.
Как только граф Кузнецов уехал, агент секретной службы сразу убрал улыбку с лица.
— Это был Кузнецов? — спокойным голосом спросил второй агент, который только вышел из соседнего кабинета.
— Да, он самый.
— Что хотел?
— Ты не поверишь, — повернулся к нему коллега. — Сказать спасибо.
— Спасибо? — удивился второй.
— Представь себе…
— Удивительно, сколько работаю в этом отделе, а еще никто не благодарил нас…
— Обычно некому благодарить, — пожал плечами первый агент. — Я в кабинет начальника. Ты со мной?
— Нет, я в архив. Кажется, у них тут куча интересного.
— Как всегда… — пожал плечами первый агент и пошел в кабинет начальника.
Повернув за угол, он наткнулся на жандарма, который стоял на входе и болтал с Кузнецовым.
— О, прошу прощения, Игнат, но не советую вам сейчас бегать по коридорам, — спокойно сказал агент. — Граф Кузнецов уже ушел, так что вам лучше сесть в комнате для инструктажа и ждать своей очереди на допрос.
— Д-да, будет исполнено, — невпопад ляпнул он и быстро скрылся.
Агент только вздохнул.
Обычно они таким не занимаются и выполняют секретные и государственно важные дела.
Каждый агент в первом тайном отделе знал, что больше всех про метеориты знает царь Петр. Он стоял у истоков, и если Его Величество сказал так, то нет причин сомневаться.
Ничего удивительного, что расследованием занимается адмирал морского флота и генерал армии Российской Империи, но вот что в такой компании делал молодой парень?
Наверное, каждый бы подумал так при виде Кузнецова.
Но в первом тайном отделе давно знали, что за род Кузнецовых и кто такой Михаил. Судя по имеющимся данным, этот молодой человек прогрессирует настолько стремительно, что в скорости потенциала обгоняет даже Есенина.
