Я не Монте-Кристо

Уже выходила из подъезда, когда увидела стрелку на колготках, прямо над коленкой, скорее всего, зацепила сумкой, когда закрывала замок и придавила дверь ногой.

Саломия тоскливо глянула на лестницу, затем на стрелку, возвращаться домой совсем не хотелось, проще снять их и выбросить. На улице сегодня тепло, не замерзнет, а как купит, уж найдет, где надеть. Но не снимать же их на лестничной площадке?

Ее взгляд упал на недостроенную кабинку для консьержа, которую их чрезвычайно энергичный председатель домового сообщества грозился закончить еще в прошлом месяце, а пока никто даже к отделочным работам не приступал.

Зато дверь приделали. Саломия вошла внутрь, и хоть там было темно, все равно прикрыла дверь, быстро сняла колготки и торопливо сунула их в карман плаща. Надо будет выбросить в первую попавшуюся урну.

Внезапно хлопнула парадная дверь, послышался топот бегущих ног, и в консьержную что-то влетело, гулко хлопнувшись оземь и едва не задев Саломию. Она в испуге вжалась в стенку, а человек побежал дальше по сквозному проходу.

— Где он? Куда он делся? — в подъезде снова раздалось хлопанье двери и топот, только на этот раз бегун был не один.

— Здесь сквозной подъезд, вот… — отборный мат, шорох подошв, и голоса стихли. Саломия, сдавленно выдохнув, глянула под ноги, там лежала женская сумка.

Нетрудно догадаться, что бросивший сумку ее и украл, оставил в консьержной, чтобы затем вернуться, а гнались за ним его конкуренты по «бизнесу» — скорее всего незадачливый вор решил поживиться на чужой территории.

Сумка была объемной и очень дорогой, судя по известному логотипу, Саломия схватила ее и бросилась к лифту. Наверняка внутри есть что-то, по чем можно будет отыскать владелицу, а лучше сразу позвонить в милицию. Но только звонить в милицию следует из дому, а не из-под лестницы. Благо, бабушка ушла на рынок, Саломия вбежала в свою комнату и открыла сумку. И так и села в немом изумлении.

Сумка была набита деньгами, аккуратно перетянутыми резинками пачками долларов. Тут же лежал дорогущий мобильник и паспорт на имя Елагиной Ирины Матвеевны, моложавой интересной женщины сорока восьми лет.

Саломия, не мигая, смотрела на эту силищу денег и не могла поверить. Ей нужна только тысяча, а здесь все пятьдесят, если не больше. Всего-то делов достать из любой пачки десять бумажек. Ну, пятнадцать для верности, вдруг Игнату еще что-нибудь в голову взбредет.

Конечно, в милицию уже не сунешься, но есть адрес Елагиной, можно подбросить сумку под дверь.