Я пытаюсь встать с достоинством. Расправляю плечи и гордо удаляюсь. Что ж, своего я добилась. Осталась в одиночестве. Только слишком зябко оказалось в моей постели, а сон так и не шёл. И фантомный призрак тяжелой руки не желал покидать левое бедро.
26.
Сквозь сон чувствую горячую ладонь на своём плече. Смысл слов едва прорывается в затуманенное сознание.
-Анна, ты со мной пойдёшь сегодня, или в отеле останешься?
-Ммм? - мычу в ответ, пытаясь открыть глаза.
-Анна? - мужская рука нетерпеливо треплет моё плечо.
-С тобой.
-Вставай тогда...
-Ага,- перехватываю его ладонь и сжимаю, притягивая к себе. Обрывки вчерашней ночи всплывают в памяти разрозненными деталями, не складываясь в общую картину. Помню, что мы купались в океане, а потом мне было хорошо. Очень хорошо. И хочется ещё раз это почувствовать.
-Тигран... - веду пальцами по его руке вверх к плечу, глажу голую грудь, покрытую жесткими волосками. Спускаюсь вниз, лаская напрягающийся от прикосновений живот. Останавливаюсь только у самой кромки полотенца, обмотанного вокруг бёдер.
Свежий морской запах геля для душа щекочет ноздри. Мужчина склоняется ко мне, и лицо опаляет мятное от зубной пасты дыхание. Кажется, мы поссорились…
Мысль не успевает оформиться в ещё непроснувшемся мозгу, Тиграна слишком быстро становится так много. Он сдергивает одеяло с меня, коленом вклинивается между ног, задирает ночную сорочку и погружает пальцы во влажное расслабленное после сна лоно. Это не ласка, просто проверка, готова ли я прямо сейчас. И, похоже, я её прохожу, так как следующим движением Керефов скидывает с себя полотенце, небрежно проходится кулаком по моментально встающему члену, и устраивается меж моих разведенных бёдер, держа себя на вытянутых руках.
Чуть выгибаюсь, раскачивание, толчок, и веки сами собой закрываются, а с губ срывается тихий стон. Ватное, ещё не до конца проснувшееся тело покрывается испариной. Хватаюсь за его напряженные руки, скрещиваю ноги на каменных ягодицах.
Толчок…стон…Толчок…стон...Толчок…
В глубине растягиваемого лона быстро нарастает знойная темнота, растекается ядом по венам.
Мне становится его мало. Приподнимаюсь, вскидывая руки вверх. Пытаюсь притянуть Тиграна к себе за шею, заставить лечь на меня. Чтобы чувствительные соски царапали жесткие волоски на его груди, чтобы дыхание сбивалось от его тяжести, чтобы от жара чужого тела кидало в пот. Тигран поддаётся словно нехотя, опирается на локти, обхватывает мою макушку ладонью, фиксируя голову, чуть запрокидывая её.
