Я не скажу тебе о сыне

А он, должно быть, заметив отчаяние на моем лице, торопливо добавил:

— Но не думайте, ваша светлость, что я не исполню вашу просьбу! Извольте! Мы можем прямо сейчас спуститься в сад и прогуляться до источника.

Я едва могла поверить в то, что услышала, и ужасно боялась, что секретарь или кто-то из придворных отвлечет Этьена, и он отложит эту прогулку на потом, а потом передумает и…

Но нет — мы беспрепятственно вышли из кабинета и, миновав анфиладу бесчисленных комнат, спустились по лестнице на первый этаж.

Слуги распахивали перед нами двери, стоило нам только приблизиться к ним. Один из лакеев по требованию Этьена принес на подносе небольшой стеклянный пузырек.

Мы вышли в сад и вот тут-то как раз случилась встреча, которую я совсем не ожидала — на ступенях крыльца нам попался не кто иной, как герцог де Крелон! Он поклоном поприветствовал его величество, а Этьен, казалось, ничуть не удивился. Когда мы прошли мимо, я обернулась — герцог, как ни в чём не бывало, прошествовал внутрь дворца.

"

"— Должно быть, вы удивлены, ваша светлость, — мы переходили по высокому мостику через ручей, Этьен подал мне руку, и мне пришлось вложить в нее свою ладонь. — Я знаю, многие ждали, что я отправлю Крелона в отставку и даже в ссылку, но да — я разрешил ему остаться.

Это решение действительно показалось мне странным, но вслух я сказала другое:

— Вы вольны делать то, что пожелаете, ваше величество.

Он не обязан был мне ничего объяснять, но всё-таки сказал:

— Много лет назад его светлость спас мне жизнь.

Я тогда был совсем еще маленьким, и отец впервые взял меня на охоту. Мы охотились в горах, когда начался камнепад. Это было ужасно — казалось, камни летели прямо с неба. Несколько сопровождавших меня людей погибли. Отец упал и потерял сознание. А герцог закрыл меня собой — так нас и нашли спустя пару часов под завалом камней. Его светлость тогда серьезно пострадал — может быть, вы замечали, что он до сих хромает.

Он прежде не рассказывал мне об этом случае, и я отчего-то почувствовала обиду — сколько же секретов было у него от меня.

А он словно прочел мои мысли.

— Я не люблю об этом вспоминать. Но это не значит, что я забыл о том, что его светлость ради меня рисковал своей жизнью. А я не люблю быть должником, сударыня. Так что да, я позволил Крелону не уезжать из Лимы — его дочь совершила ошибку, но было бы слишком жестоко заставлять платить за это еще и ее старого отца.