У меня даже не возникает мысли, что я так не сделать и больше никогда не буду жить с ней, что моя жизнь может стать похожей на полный хаос, погрузившуюся в полную тьму, которую я даже не могла себе вообразить.
Мы заказываем ланч, и она обрушивает на меня настоящую бомбу.
— Я иду на свидание завтра вечером.
— Вау! С кем? — спрашиваю я.
Она пожимает плечами.
— С обычным парнем. Он меня не очень интересует, но с чего-то же мне надо начинать.
Я протягиваю руку и сжимаю ее.
— Я горжусь тобой. Ты сказала себе, что должна отвыкнуть от Зейна, и начала действовать.
— Да, — говорит она без особого энтузиазма.
— Послушай, точно это не твой парень, но главное мысль, что ты сказала себе, что снова можешь встречаться и двигаться вперед, это как водитель такси, снова садящийся за руль. И сейчас кто-то может махнуть тебе.
Она наклоняет голову, прикусив нижнюю губу, потом жалобно смотрит на меня.
— Как у тебя с Зейном?
Мне хочется ей сказать — сожалею, что так обернулось с ней, но понимаю, что она не хочет, чтобы я ее жалела.
Кроме того, очень скоро я вернусь в нашу квартиру, когда Зейн найдет себе новую игрушку на следующий месяц.
— Все в порядке, — тихо отвечаю я.
— И какие отношения между вами? — спрашивает она тоном, который говорит мне, что она отчаянно хочет узнать, с одной стороны, а с другой — ненавидит себя за то, что оказывается настолько слабой, желая знать.
И я решаю быть с ней честной. Тогда я не говорила всего ей, потому что пыталась защитить ее чувства.
— Секс такой, которого я раньше никогда не испытывала, словно не от мира сего, но, если честно, не знаю, что и думать, подруга. Он иногда такой страстный по отношению ко мне, а иногда совершенно ледяной. Каждый раз, когда мне кажется, что наши отношения движутся вперед, он выбивает всю почву у меня из-под ног.
— Почему?
— Мне кажется, что он полон решимости сохранить нашу договоренность, оставив ее обезличенной.
Она хмурится и кивает.
— Понятно.
— Да, — я вздыхаю.
Она смотрит на меня недоверчиво.
— Ох, черт побери! Ты влюбилась в него, не так ли?
Я смотрю на нее с грустью.
— Я ничего не могу с этим поделать, Стэлла. Я притворяюсь, что все хорошо, но чуть ли не пугаюсь до смерти, думая, что будет после этого месяца, когда он закончится. У меня такое чувство, как будто я нахожусь в лифте м оторвавшимися тросами, и я просто падаю вниз и ничего не могу с этим поделать.
* * *
https://vk.
