Ной встает и идет к кофе машине.
— Капучино, эспрессо, латте, американо? — его голос звучит странно, одновременно уважительно и неодобрительно.
— Давай американо, — маленькая неприятность случилась с американкой, но, к счастью, никто не замечает... по крайней мере мне так кажется.
Он приносит мне чашку.
— После того как ты выйдешь из кабинета, я покажу тебе дом и отведу в твою комнату. Ты будешь свободна до обеда, который состоится в семь. Босс будет на встрече в обед, поэтому тебе придется есть в одиночку сегодня вечером.
— Звучит как план, — медленно говорю я. Я чувствую себя еще более опустошенной, нежели, когда поднималась, преодолевая ступеньки наверх лестницы.
Я тянусь за чайной ложкой, торчащей из сахарницы и просыпаю. Заторможено наблюдаю, как крупинки разлетаются в разные стороны, падая на совершенно чистую поверхность.
— Упс, — виновато говорю я.
— Ты напилась? — подозрительно спрашивает Ной.
Я улыбаюсь ему, он и повар переглядываются.
— У тебя есть пятнадцать минут, чтобы протрезветь, — с тревогой говорит Ной.
— Зачем? Что он сделает со мной, если узнает, что я в дребадан пьяная, хм? Убьет меня? — мне кажется эта мысль очень смешной, поэтому я начинаю смеяться, наклоняясь вперед. — Я хочу сказать, он убивал людей, не так ли?
Ной что-то говорит на непонятном мне языке, наверное, русском, и направляется к плите, ставит передо мной тарелку, снимая крышку.
— Ешь, — приказывает он.
— Ооо... маленькие кексики? — восклицаю я, глядя на золотые кусочки теста, покрытые семенами тмина.
— Пирожки, — автоматически поправляет меня Ольга.
— Это не имеет никакого значения, но, хорошо, — громко говорю я. — Пи-ро-жки. — У меня не плохо получается, и я довольна собой, поэтому повторяю снова. — Пирожки.
— Съешь их. Это хлеб с начинкой из швейцарского сыра и жареного лука, — отвечает Ной.
— Спасибо, но я пас, — мой желудок не очень хорошо себя чувствует.
— Ты должна протрезветь, — сурово опять говорит Ной.
Они оба стоят надо мной и выжидательно смотрят.
Я отрицательно качаю головой, и от резкого движения, чувствую себя совершенно больной.
— Нет. Я не голодна. Я только что съела полную тарелку клубники.
Ной хмурится.
— Послушай, Далия. Это твой первый день. Ты же не хочешь, чтобы босс разозлился. Это не очень хорошая идея."
"— И тебе не стыдно, Ной. Большой парень, а боишься Зейна, — я прищуриваюсь и смотрю на него даже ехидно. — Спорим, ты мог бы победить его.
Ольга напряженно вздыхает.
Ной тревожно поглядывает на часы.
