Но как мне теперь быть? Как обратно попасть?
— Зачем? Если правильно разыграешь карты, ты без пяти минут Великая Всадница, правящая всем миром. Зачем тебе назад? — изумленно восклицает Карниллиус и его удивление совершенно выбивает меня из колеи, становится последней каплей, от которой я совершенно теряю присутствие духа. Сбивчиво, взахлеб возмущаюсь:
— Да! Представь себе, я хочу домой! Хоть я и не нужна там ни родителям, ни парню… Уже бывшему… Но все равно там мой дом! Мне надо закрыть свои гештальты и расплатиться по счетам! К тому же, я просто скучаю по горячему душу, по универской библиотеке, по капучино, по ортопедическому матрасу, по Карлуше… Хотя ты вроде бы здесь, но ты ведь не он! Я хочу вернуть обратно свою жизнь! Как повернуть время вспять? Как не дотронуться до тех часов? Что мне делать, Нил? Что?!
Дослушав меня до конца с невозмутимым лицом, он неожиданно поднимается с каменного ложа и холодно-почтительно склоняет голову.
— Для тебя я Карниллиус. Как ты верно подметила, официальный тон будет уместнее.
Если пожелаешь есть, приходи на кухню. На столе найдешь жаркое. Где тут источник воды, ты уже знаешь. Если предпочитаешь отдохнуть, я распоряжусь, чтобы тебе принесли одеяла и подушку, а заодно показали отхожее место. Доброй ночи!
На этих словах он уходит. Последняя фраза про отхожее место прозвучала почти оскорбительно. Как будто меня только что ткнули лицом в унитаз. Фу! Раздраженно откидываюсь на стену келии. Изо рта вырывается стон бессильного возмущения!
Чуть погодя, остываю.
Ладно, признаю, мой косяк. Не удержалась, вспылила, повысила голос. Он — и альфа-то всего несколько дней, а мой тон сразу отмел, как неприемлемый. Тут же выставил границы вместе с шипами и обмотал их колючей проволокой. Может, он всегда таким гордецом был, просто его, бессловесного, я не понимала? Или его торкнуло, что я по Карлуше скучаю, а его нынешнюю ипостась вообще не ценю? Черт возьми! Как ни крути, общение с многоликими драконами — совсершенно не мой конек.
Глава 20
Ночь тянется бесконечно долго. И дело даже не в тонком одеяле вместо матраса, почти не добавляющем мягкости каменному ложу и не в отсутствии подушки, отчего шея затекает и жалобно стонет в любом положении, а в моем чрезмерно взбудораженном мозгу. Говорила мне мама: перевозбуждение на ночь — вредно для засыпания. И вот ведь досада, оказалась права… Что бы она не имела под этим в виду!
Несмотря на крайнюю усталость, сон обходит меня стороной.
