Они стояли на берегу, рядом с высоким холмом. Куда ни брось взгляд — кругом ни одной живой души. Широкая зелень травы под ногами да небесный простор над головой. Это место дышало покоем. Существовало вне мирских забот. Втягивало в свою беззаботную атмосферу и сулило счастье, непостижимое для мирян.
Ринка выжала длинные русые волосы, смахнула с платья ил и предложила:"
"— Ххочешь, останемся здесь? Ттолько ты и я. Здесь нас никто не найдет. Никто-никто. Там, за холмом — заброшенная хижина. В ней можно жить. Оччаг сохранился, стены целые, только крышу залатать чуток.
Можем собирать жемчуг и обменивать его на вещи. Рыбачить можем. Хочешь?
Только в этот момент Ардо вдруг осознал. Когда перед тобой встает выбор — значит ты жив. А раз ты жив, значит все твои обязательства в силе. И перед родителями, и перед Фрией, и перед сладкой, медноволосой феей.
Значит, их путь продолжается. И так задержались!
Парень стряхнул с себя остатки оцепенения, осмотрел свои малочисленные ресурсы. Ситы на плече не оказалось.
Кинжал тоже утоп вместе с ножнами. Зато кошель по-прежнему привязан к поясу под рубахой. Особый узел, показанный ему в детстве знакомым шкипером, не подвел. Ощупав на удивление тяжелые карманы, наткнулся на гладкие, округлые предметы. Вытащил один и увидел ракушку с полуоткрытыми створками. Лучи Верга с любопытством проникли внутрь и отразились нежным, жемчужным блеском. Пока он был в беспамятстве, Ринка все его карманы набила жемчугом. Неплохо соориентировалась девчонка! Причем даже лучше, чем он думал, потому что в следующую секунду она вытащила из-под длинного рукава рубахи ножны с кинжалом, протянула парню и указала на пару крупных рыбин, трепыхающихся в траве.
Каждая — размером с упитанного кролика. Вот и обед. Он схватил кинжал, с удовольствием ощущая в руке приятную тяжесть, прошелся пальцем по лезвию и впервые с тех пор, как оказался на суше, улыбнулся девчонке:
— Кто ты?
— Неужто нне догадался? — огрызнулась та. Говорить о своей второй ипостаси ей не доставляло никакого удовольствия.
Ардо насмешливо потянул:
— Няня рассказывала, что у русалок хвосты вместо ног.
— Ага. И ссеребряная чешуя на заднице, — наконец, она подняла глаза и тоже улыбнулась.
— Как ты оказалась среди людей, русалка?
— Нне знаю. Только свою жизнь на земле помню, — отозвалась она, рисуя пальцами ног узор на траве.
— Почему не пыталась вернуться, в свой мир? К своим?
— Мменя всегда тянуло к воде и отталкивало в то же время. Вода меня предала.
