Если бы не Богдан, который остановил бой, и объяснил деду, что в этом нет никакого смысла, что спарринг партнеры должны быть его же возраста, иначе он так ничему и не научится, то Влада так и продолжали бы избивать каждый день прихвостни деда. С тех пор, его тренировки изменились. Богдан записал его к инструктору по израильскому рукопашному бою, «Крав-мага», основанному на быстрой нейтрализации соперника, где учились сверстники Влада. И спустя год, когда дед решил проверить навыки внука, и опять выставил против него троих собственных телохранителей, Влад смог уже драться более увереннее, хотя все же победить всех троих не смог, но одного вырубил подчистую.
Спустя еще год занятий, он смог уже вырубить всех троих.
Дед тогда даже праздник закатил по этому случаю. И все трепал его по волосам, и говорил, что гордится. Но Влад понимал, кому обязан. И этим человеком был старый друг деда – Богдан. Лысый здоровенный мужик, весь в синих наколках, с колючим, но очень мудрым взглядом. Нет, он не держал Москву или какой-либо другой город, и положенцем никогда не был, да и не стремился к верхам.
– Мне моя бошка еще дорога, – смеялся прожжённый головорез.
Сколько он убил человек в свое время, знает только лишь он сам, однако в тюрьму умудрился попасть за ношение оружия, и то по глупости в далекой молодости. Свои же сдали, так как чувствовали, что у пацана слишком большой потенциал, и хотели убрать с дороги конкурента. Там Богдан и заразился туберкулезом в скрытой форме, которым всю свою жизнь и мучился.
"
"Ему, то становилось лучше, то вновь хуже. Но сейчас, учитывая его возраст, он совсем начал сдавать. И Влад понимал, что старику осталось совсем немного. Однако он так и продолжал оставаться в строю, и никогда не отказывал племяннику лучшего друга. И Влад надеялся, что он поможет ему с поисками Маши. Ведь у Богдана везде были свои люди, и не только в Москве, но и по всей стране. Влад догадывался, что Маши может уже не быть в городе. Есть куча других возможностей покинуть Москву, не пользуясь паспортами.
***
Дорога оказалась слишком долгой. А учитывая то, что у Маши еще были и трещины на ребрах (не считая синяков по всему телу), которым месяц, как минимум заживать, ей показалось, что она попала в ад, и очень медленно вариться на огне. Настолько сильно ныло все тело, причем с каждым днем ей только хуже становилось. А пить обезболивающие слишком часто она не хотела, так как боялась привыкнуть.
