Я никогда тебе не покорюсь (СИ)

Кроме того, расположение светил, Ваше Высочество…

- Меня зовут Павил, я генерал, - совсем не по дворцовым правилам прервал Павил монаршую особу, - так и зови меня, я говорил уже об этом. Ладно, я здесь не для того, чтоб отговаривать вас и мешать. Вы много сделали за это время, сумели навести порядок в королевстве, наладили дипломатические и торговые связи не только с Таргасой и Цахиром, но с западом и даже с югом.

- Без сильной армии нам бы не удалось и половины, - впервые подал голос Рой.

- Кроме того, у нас хорошие партнеры. Король Герберт решительный и смелый государь, и моя… мать… тоже имеет трезвый ум и деловую хватку. Мы ожидаем Сета и Наместницу сегодня вечером… отец.

- Отлично, - улыбнулся Павил. - Вы наконец-то стали с Сильвией семьей, - он подавил невольный вздох, прежде чем задал следующий

вопрос. - А что король Таргасы, он приедет? Или уже в Ханае?

- Утром прибыл гонец, Герберт немного опоздает, приедет перед самой церемонией, - сказала королева.

- Возможно, вы еще не слышали, Ваше Превосходительство, в ваш пограничный городок вести доходят долго - Кристена родила недавно двойню. Принц и принцесса, оба малыша здоровы…

“Ну вот, все и нашли свою судьбу, - думал Павил, направляясь за лакеем в отведенные ему апартаменты, - лишь я один, как сыч, мотаюсь по военным лагерям, как и вчера, как десять лет назад. Проклятая судьба, она была мне мачехой с рождения, лишив сначала матери и дома, потом отняв жену и сына.

Что ж, таково мое предназначение - быть вечным странником и жить среди солдат”.

Хотя Павил и числился на службе у Таргасы, но видел Герберта нечасто, только когда его присутствие было необходимо на больших приемах, и никогда не оставался с королем наедине. Меж ними словно пролегла невидимая глазу грань, которую пересекать никто из них не собирался, но каждый нервничал, когда другой оказывался рядом, и чувствовал себя стесненно. Они не выпивали в дружеском кругу и не вели бесед, не вспоминали прошлое, которое скорее ранило бы их, чем принесло приятные минуты, их разговоры ограничивались деловым докладом генерала и замечаниями короля, после чего Павил спешил покинуть тронный зал.

Иной раз приходилось оставаться и на ужин, слева от Герберта всегда сидела королева, они друг другу очень подходили, и это причиняло генералу боль. Он понимал, насколько это ощущение нелепо, но боль не уходила и терзала сердце.