Я никогда тебе не покорюсь (СИ)

Так что сдержи свое слово и отпусти детей!

- Сначала выясню, кто смел в меня стрелять, - с жуткой усмешкой сказал он, отпихивая меня в сторону, - и если он не выйдет, никакого обещания я сдерживать не буду! Эй, слушайте меня! Если не выйдет негодяй, метнувший сюрикены, и ваши девки, и мой раб - ваш бывший принц, немедленно будут казнены.

- Жалею, что ты жив, червяк, - из толпы горожан вышел человек, в котором я узнал солдата конного полка. - Принц, ну зачем же ты вмешался? Я так хотел убить это чудовище, а ты мне помешал.

Павил махнул рукой, его люди схватили стрелка и поставили рядом с Фаддем.

- Раз обещал, то девок отпущу, но этих вот двоих немедленно казнят! - как-то устало объявил наемник.

- На кол их, генерал?"

"- Нет, просто обезглавьте. Они все же не шваль, а воины, поэтому заслуживают быстрой и почетной смерти. Або, иди за мной, я не хочу смотреть на это. Эй, кто там есть из лекарей? Чего стоите, словно неживые? Немедленно перевяжите рану моему рабу! Я не хочу, чтобы он умер от потери крови!

========== Глава 9.

Смена союзников. ==========

Я ждал каких-то жестких наказаний за побег, кнута, плетей, а может, нового сеанса унижений в комнатке у спальни короля, но про меня как будто все забыли. Уже три дня, считая по кормежкам, я просидел в темнице, прикованный к стене короткой толстой цепью. Первое время мне казалось, что вокруг кромешная темнота, потом глаза привыкли и стали различать слабое свечение из левого крыла этого каменного мешка, где, видимо, имелось небольшое отверстие в потолке.

Его было так мало, что я с трудом различал собственные пальцы, поднося их к самым глазам, но радовался и этому - крошечное подобие света вкупе с регулярными кормежками свидетельствовали о том, что я еще жив, а не отошел в царство теней.

Свою темницу я давно уже исследовал, и эти наблюдения не дали мне и мизерной надежды на возможность нового побега. Впрочем, я это знал и прежде, хотя в бытность свою принцем наведывался сюда не часто, предпочитая не вмешиваться в эту сторону жизни дворца.

Преступниками и ворами, сидевшими здесь в ожидании наказания, занимался отец и судебное ведомство, мне же особой нужды бывать в столь мрачном месте не было. Тюрьма находилась в подвальном помещении, камеры, сложенные из толстых прочных бревен, казались неприступными, словно предназначались не для людей, а для каких-то сильных кровожадных зверей. И вот теперь я сам сидел в одной из таких клетушек, надежно прикованный к стене крепкой цепью, рассчитанной на слона.