Я, они и тьма

А я сидела в кресле, трясущейся рукой пыталась удержать стакан с соком и смотрела на двух мужчин, которые крепко спали в один рядок. Но я была счастлива. Я не убила.

Я прокручивала в памяти события последних минут, все еще вздрагивая от пробегающего холодка в сердце. И так погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как отворилась дверь. Малек с красным разбитым носом изумленно посмотрел на лежащих в рядок мужчин, на меня, глядящую на это безобразие и попивающую сочок, побледнел, хлопнул дверью и заорал, убегая по коридору:

— Все сюда! Темная убила Савара! Помогите!

— Да твою ж!

— Вот идиот!

Сав мгновенно оказался на ногах, правда, пошатнулся, но устоял.

— Я его не догоню. Сил нет.

Я соскребла себя с кресла, старательно унимая дрожь в коленях.

— Давай хоть этого в кресло усадим.

Когда через пару минут к нам в комнату ворвался чуть ли не полноценный отряд стражи, им предстала вполне себе мирная и нормальная картина.

— Что..?

— Плохо ему стало, в обморок упал, — коротко пояснил Сав и укоризненно уставился на Малека, который, тяжело дыша, с непониманием на нас смотрел.

— Ну как же это… Я же видел, что она их убила! Она вообще темная! — сориентировался Малек. И в этот момент даже я поняла, что он дебил каких поискать. Кто вообще о таком говорит во всеуслышанье? Это же паника, как минимум!

Сав устало посмотрел Малека, обращаясь к страже.

— Он тут утром Ват Йету экзамен сдавал, переволновался парень. Вы уж на него не злитесь."

"Один из стражников, судя по более богатым доспехам, кто-то вроде начальника, отчетливо хмыкнул, окидывая меня взглядом и задерживаясь на цепочке, которая блестела золотыми искорками на лодыжке. Видимо, то, что я рабыня, в принципе исключало возможность того, что я темная. Ну, да. Рабыня — не человек.

— Этот Ват Йет может кого угодно до помутнения рассудка довести.

Сав мотнул головой, заверив, что уже немного подлечил управляющего магией. Стражники ушли. А вот злой, с расквашенным носом, Малек остался.

— Ты совсем идиот! Ты думай, что и кому ты говоришь! — взъелся на него Сав. — Ты — сын императора, и на весь дворец орешь, что тут темная всех убила.