Те, кто поверил Королю-Спасителю, которого я не прикончил вовремя, пожалев десять жизней. А вместо этого погибли тысячи и погибнут ещё больше. Войска южан, убитые за то, в чём не были виноваты. Инжи Дерайга, который уже скоро умрёт, потому что Эссенции больше нет. Остальные Небожители, пешки в твоей игре. Все, кто погиб в этой мясорубке, которую я устроил. И многие другие, даже люди, прибывшие из-за моря. За это время погибло очень много людей. А я убил ещё больше, в этом мире и в старом. Я — палач, но это не значит, что всё это даётся мне легко.
Но сегодня я прибыл это закончить.
— Вот я тебя и разговорил, — грустно сказал он.
Мы схлестнулись. Он призвал какую-то шпагу или что-то это в этом роде. Я давил на его клинок Карнифексом, а сам призвал меч с гибким клинком.
Таргин смотрел на меня и держался изо всех сил. Он устал, как и я. Где-то шёл бой, но всё решается здесь.
Я ударил мечом. Гибкое лезвие обернуло ноги памятника Таргина. Сам он с недоумением глянул на это.
— И что ты делаешь?
Он не перемещался, устал.
Я тоже, но у меня была сила того духа.
Я пнул Таргина изо всех сил. Он отошёл и ударился в памятник спиной. А я дёрнул на себя меч.
Судя по взгляду, Таргин понял, что произойдёт.
Его памятник упал на него самого. Поднялась белая пыль. Голова памятника отломилась и покатилась по дорожке. Я наступил на неё, а потом подошёл к остальному.
Таргин смотрел на меня и вытянул руку, будто пытался откинуть меня или что-то ещё. Но передумал.
Я призвал топор.
— Последнее слово?
— Знаешь, о чём мечтал тот парнишка, который призвал меня, когда я был духом в свече, — задумчиво сказал Таргин.
Он не спрашивал. — Он был изобретателем и хотел попасть за море, чтобы увидеть все эти технические чудеса. Но его клан был нищим. Сеньор собирал с них налоги. Когда они заплатили мало, их всех убили. А парнишка хотел, чтобы жизнь изменилась. Чтобы и здесь придумывали что-то новое. Но то общество хотело жить по-старому. И наше новое тоже. А я дважды изменил это. Я победил, хоть и большой ценой.
Я ударил топором.
Вот и всё.
Я выполнил то, ради чего меня призвали.
Ничего не случилось. Я не чувствовал ничего, кроме усталости.
Я сел на сломанный памятник. Дико болели рёбра. Ныла сломанная рука. Что-то упёрлось в ногу.
Я осторожно полез в карман. Это свеча духа, которого я поглотил. Я сжал её в кулаке.
Огонёк засветился. Дух молчал. Это не тот, что жил в ней. Это тот, который говорил со мной всего один раз, когда спросил, что я делаю.
