Тот, который следил за мной с самого первого моего дня, когда я вновь смог жить.
Он не говорил. Но я чувствовал, что он спокоен. Его молитва исполнена. Я её исполнил.
Две недели спустя— Я не буду свои последние дни проводить в госпитале, — заявил Инжи. — Лучше я займусь делом.
— Я не спорю, старина, — я похлопал его по плечу и вернулся на своё место. — Поступай, как считаешь нужным.
Левая рука у меня до сих пор в повязке, всё никак не заживала. Инжи был в своей каталке. Простреленное колено собирали по кускам, но всё равно вряд ли парень сможет ходить.
Да и не успеет он вылечиться.
Лицо у него в последние потемнело и стало старше.
Ему и правда осталось недолго. Последний Небожитель этого мира, обладатель души палача. И тот, из-за кого я смог победить в последней схватке.
Но я ничего не мог для него сделать.
— Вы слишком много работаете, — сказала Мари, ставя передо мной кружку с чаем.
Заметно округлившийся живот ей уже мешал.
— Инжи, тебе всё равно надо отдыхать, — Мари поставила чай перед ним.
— Помнишь тот ресторанчик на набережной? Мы ходили туда. Громов, мы тебя тогда ещё не знали.
Она улыбнулась.
— Сходим?
— Да, — сказал я. — Можно отдохнуть хоть немного. Лин, что думаешь?
— У? — парень что-то черкал в записной книжке. — Ты что-то спросил?
— Говорю, идёшь с нами в ресторанчик. Это приказ.
— Ну ладно, — он вернулся к своим записям. — Я придумал ещё одну штуковину. Боевая ригга, но другого класса. Ещё больше! Целый исполин!
— Посмотрим, — сказал я. — Ешь, потом порисуешь.
— Рисовать? Это чертежи! — Лин схватил кусок пирога и съел, будто даже не замечал вкуса.
Зато вкус замечал я. Но меня сегодня еда не радовала.
— Я думал, мы вернёмся на север, — сказал Инжи, помешивая чай ложечкой. — А ты решил сам стать правителем вместо Таргина.
— Надо разгребать этот беспорядок, раз уж его начал.
— Да. Если уйдёшь, то все восемь стран начнут резню между собой. Ты сделал правильно. Пока ты здесь, они будут тебя слушать. Ты же последний и самый сильный из Небожителей.
— Мои силы ушли с ним, — я показал на горящую свечу с молчаливым духом. — Остался только топор."
"— Этого достаточно, — Инжи невесело улыбнулся. — А если что, то у тебя остаётся Лин и его машины.
— Кстати, я хочу построить ту дорогу, которую мы тогда видели, — добавил Лин. — Можно будет перевозить грузы и людей! Сразу помногу!
— Так что оставляю тебя в надёжных руках, — Инжи вздохнул.
Мари украдкой вытерла набухшую слезу.
— Как твой брат? — спросил Инжи.
