Я - плата вампиру!

Опять же, моя мать была человеком, отсюда и привязанность к употреблению человеческой пищи. Но она больше для удовольствия, пользы от еды я не получал никакой. Кровь пил в первую очередь для пополнения магического резерва и уже потом, потому что это было заложено генами вампира. Если кратко, то я получал удовольствие и от крови, и от человеческой еды. Чистокровные вампиры практически не употребляли ничего, кроме крови. Вот алкоголь они любили. Крепкий и дорогой.

Предупредив Синору, чтобы она накрыла завтрак в малой зале, отправился в комнату к Ламии.

Уже на подходе до меня донесся голос Юлейны. Тихо приоткрыв дверь, стал слушать её бредни. Мне не нравилось то, что она не занимается своими прямыми обязанностями, а ходит по комнатам, в которые ей вход закрыт.

— Не зря тебя продали вампиру, чтобы он трахал тебя, как… как…

Не смог больше это слушать. Вышел из-за угла и рыкнул на нахалку. Среди её ярости я отчётливо уловил зависть. Это что же получается, она хочет оказаться на месте Ламии? Ни за что! Мне и даром не нужна эта испорченная.

Причем как телом, так и душой."

"Стоило только увидеть Ламию совершенно обнажённой, как злость на её сводную сестру начала затухать. Выгнав Юлейну за дверь, медленно двинулся к желанному телу.

— Что тебе нужно? — вздёрнула подбородок Ламия, делая вид, что моё присутствие для неё совершенно ничего не значит.

— Просто зашел сказать, что если ещё раз ты решишь кончить без меня, то я не буду ждать приглашения овладеть твоим телом. Ты поняла?

Видел, что она не приняла моих правил игры.

Не понимая, что творю и как ей будет тяжело, припал к шеё девушки и слегка оцарапал кожу клыками. Такой реакции даже и не мечтал увидеть. Она моментально возбудилась, распространяя по комнате манящий запах желания. Пусть только попробует вновь заняться самоудовлетворением, и я воплощу свои слова в реальность.

— Я просто слегка тебя оцарапал, укус принесёт гораздо больше наслаждения.

Скользил языком по пульсирующей венке и изнывал от желания вонзить в неё зубы.

Ипостась подталкивала к этому, нашептывая, что её кровь бесподобна, и пить из тела гораздо приятнее, чем из бокала.

— Отпусти! — донесся до меня её хрип.

— Как скажешь. Не забудь, что я тебе сказал ранее. Жду за завтраком!

Сжав зубы, вышел за дверь, рыча на самого себя. Что же в ней такого, что от одного её вида разум затягивает пеленой? От осознания чуть не споткнулся на лестнице — при первой нашей встрече она не была для меня так сильно желанна.